Пошлые игры для куртизанки

Отучившись три года, бросила институт и перебралась в Москву, подавшись в элитные шлюхи, – горько усмехнулась и замолчала.

Над столом повисла выжидательная тишина. Мужчины эти факты и так знали, поэтому ждали, когда я скажу что-то новое и личное.

– Будет проще, если вы сами станете задавать вопросы, – предложила самый удобный для себя вариант.

Парни переглянулись, и ко мне обратился Артем:

– Ты не произнесла ни слова о своей семье. Поведай нам о родителях.

Сглотнув подступивший комок в горле, я отпила воды, настраиваясь на эмоционально трудный ответ.

– У меня была замечательная семья: любящие и заботливые родители. Мы жили счастливо. Абсолютная гармония друг с другом длилась целых пятнадцать лет, но потом… – шмыгнула носом. – Потом отца не стало: произошел несчастный случай на фабрике, где он работал, – переживая заново тяжесть утраты, едва сдерживала слезы.

– Вам кто-то помогал после его гибели? – глядя на меня с сочувствием, ко мне обратился Саша.

Смешно. Помогал. Ага, конечно.

Компания сразу же открестилась от своей ответственности, обвинив папу в нарушении техники безопасности. А других родственников у нас не было. Мы с мамой остались вдвоем в огромном мире. Кроме друг друга две никому не нужные души.

– Нет. Все заботы и хлопоты обо мне полностью легли на плечи матери.

Аппетит пропал. Без всякого желания я копалась вилкой в греческом салате, задумчиво смотря сквозь него.

– Ты сказала, что хотела стать врачом. Это было твоей мечтой? Как тебе давалась учеба? – постарался отвлечь меня от грустных мыслей Егор.

– Уже в детстве я знала, что стану доктором, – перед глазами пронеслись яркие картинки того, как крохотная малышка, сидя в своей комнате, лечит нарядных куколок. – Но это скорее была цель, к которой я упорно шла. А мечта… – до боли прикусила губу. – Мечта другая… Учиться мне действительно очень нравилось… – снова затихла, погружаясь в себя.

– Почему ты не говоришь о том, что была лучшей на потоке и подавала большие надежды? – не сдавался рыжий.

Меня пробрал истерический смех.

– Какая сейчас разница? – захлебываясь от хохота, начала раскачиваться на стуле. – Это уже не имеет никакого значения.

Рядом сидящий Влад одной ладонью притянул меня к себе, обнимая, а другой стал гладить по голове, успокаивая.

– Чш-ш… Лис, ну, ты чего расклеилась? Все хорошо, – тихо шептал он мне на ушко.

Всхлипывая, пыталась взять себя в руки. Да, непросто осознавать, что ты сама угробила собственное будущее.