Связь

Майк постоянно зачесывал челку вбок, она не спешила его слушаться, но его самого почему-то это всегда веселило. Открытая улыбка сопровождала его абсолютно всегда и везде. Легкий на подъем, любитель скорости, драйва, он был тем, кто мог побежать купаться в ледяное озеро или прыгнуть через костер.

Сейчас на фотографии был серьезный мужчина со спортивной стрижкой. Вместо улыбки – ровная линия губ, вместо джинсов и футболки – костюм с галстуком. Тонкие, как ниточки, морщинки у глаз выдавали утраченную непринужденность и едва были заметны в сравнении с глубокой морщиной между бровями.

«Сложно винить его за изменения – мы все поменялись, все выросли из детских фантазий и подростковых иллюзий», – Саша прокрутила фотографию и вникла в содержание статьи. Она была про инвестиции, как, собственно, и все электронное издание, и выступала в качестве оценки стабильности вложений в «GIL-company».

После оценки финансовых показателей в статье производился подробный разбор сильных и слабых сторон холдинга.

Саша дочитала доводы автора до конца.

«…В случае скоропостижной смерти Майкла Гиллита компания моментально утратит свои лидирующие позиции. Майкл Гиллит является последним представителем рода Гиллитов – талантливых бизнесменов и целого поколения меценатов, поэтому мы искренне желаем владельцу холдинга и, по совместительству, его президенту долгих лет жизни и крепкого здоровья».

Закрыв страницу АванПОСТа, Саша один за другим вводит новые запросы: «Эндрю Гиллит» – отец, «Диана Гиллит» – сестра.

По каждому из них на первой странице поиска располагается некролог годовалой давности. Его мама умерла от рака, еще когда они учились в школе, и отец с сестрой были единственными родственниками Майкла.

В причинах смерти каждого значился несчастный случай, и оба погибли в один день. Теперь Майк такой же, как и она, – без родных, только, в отличии от нее, он совсем по-другому распорядился своим наследием, сделав из себя живую мишень.

Но все равно не сходится: если Майк попал под контроль, то все угрозы выявились бы за недели слежки. И в программу сейчас определили бы не его, а тех, кто ему угрожает. Разве что у Роба кофе вместо мозгов, и он просто тыкает по всем клавишам вразнобой, а не работает.

– Ну что, псих или маньяк? – Мила подскочила к столу подруги. Рабочий день уже закончился, и офисные ходули она сменила на ботфорты с еще более высоким каблуком.