Женщина

Что же они выставляют? Городской пляж? Бар с пивом и рыбой? Ладно, ни буду ёрничать, сама могла быть такой. Поищу кого-то в соцсетях. О! Ольга Леонова. Статус – не замужем. Возраст – двадцать пять (такая же, как я). Интересы – «хочу стать счастливой» (что за бред она пишет). Ну ладно, дальше. Мероприятия – байкер-шоу, День любителей пива… (да, большой спектр интересов, а значит и своеобразный круг общения). Ладно! Приглашу её в «друзья», развлекусь немного.

***

Мать Ольги, простая, измученная суетой жизни, постоянной нехваткой средств, не знавшая никогда, что такое любовь к себе, забота мужчины и просто женское счастье, работала кондуктором в междугороднем автобусе.

Будучи отзывчивой и наивной, выслушивала почти каждого желающего поделиться своей историей пассажира. Ей изливали о том, что дорого сейчас болеть, о нехватке пенсии, о том, что и как нужно сажать для хорошего урожая, как сварить вкусное варенье, что делать с мужем – алкоголиком и так далее. И всё это она пропускала через себя и спешила домой к дочери поделиться этими ненужными, чужими историями. Ольга могла находиться дома только тогда, когда мать была на работе. Но как только наступал вечер, девушка уже с подросткового возраста убегала, дабы не слышать весь этот пенсионный бред. Так она его называла, прося мать перестать разговаривать хотя бы дома. Но эта добрая отзывчивая женщина переносила чужие проблемы не только на себя, но и на ребенка.

Денег тусоваться так, как бы ей хотелось, у Ольги не было. Поэтому уже с четырнадцати лет она подсаживалась к любой компании, не брезгуя ни выделенной сигаретой, ни пивом.

Про отца Ольга знала немного, но и то, что знала, гнала из головы, не желая осознавать, что она часть того человека. Мама рассказывала, что он хороший человек, но любил женщин.

– Это его болезнь, – так она оправдывала его. – Он слаб, а я хотела ему помочь. Надеялась, что семья и ребенок излечат его, и он станет на путь истинный.

– Дура ты! – возмущалась Ольга. – Наивная дура. Кто из вас еще больнее, нужно разобраться.

Так часто она обижала мать, хотя прекрасно знала, кто тот человек и чем он дышит. Оле было жалко мать, но не могла простить ей наивность и глупость.

Детские воспоминания об отце сводились к килограмму барбарисок, принесённых маленькой дочери, лежащей в гастроэнтерологическом отделении.

– Доктор, почему вы забираете мои конфеты? Это папа мне принес, – сквозь слезы спрашивала она.

– Олечка, я не могу их тебе оставить.