Тёмный Клан. Предатель

– Ну как, угодил я на этот раз с сюрпризом? – улыбнулся Райан.

– Ты лучше всех, – ответила Ида и чмокнула его в щеку.

Дарёна переводила удивлённый взгляд с Ищущего на Целительницу.

– А теперь иди, братик, нам лекаркам, тут много о чём нужно пошептаться, – она подмигнула Дарёне. – Но это наши женские дела, мужчинам не понять.

– Вот так всегда, – притворно вздохнул Райан выходя. – Вместо благодарности тебя выставляют за дверь! Удачи, Дарёна!

На самом деле Райан был вполне доволен, что сестра, отвлёкшись на юное дарование, отпустила его так легко.

Не то до вечера бы мучила сканирующими и восстанавливающими плетениями. Райан же не мог больше ждать, ему безумно хотелось снова увидеть Адду. Он всегда скучал по ней, когда приходилось расставаться, но в этот раз, разлука далась ему особенно тяжело. Может быть виной тому был тот странный, волнующий и пугающий сон?

Он отправился в покои Ведающей сразу же, как вернулся, но Адда была в Святилище, где никто не смел её беспокоить. Тогда Райан ушёл к Иде, а сейчас решил попытаться снова.

На этот раз Стражи с поклоном пропустили его в галерею. Адда сидела у фонтана, и Райан замер на полушаге, на ней было голубое платье из его сна.

Глава 19.

Над Асиритом властвовала ночь. Она накрыла своим тёмным покрывалом город, и он в ответ зажёг тёплые пятна уличных фонарей и расцвёл огнями ярко освещённых окон. Над столицей куполом раскинулось безоблачное звёздное небо, и город казался его земным отражением, бездной мрака, расцвеченной тысячами мерцающих искр.

Ночной воздух пах свежестью и весной, лёгкий ветерок кружил голову ароматом сирени, шиповника и чего-то ещё, неуловимо пьянящего и волнующего. Столица всегда была прекрасна в это время года. На её узких, украшенных цветущими деревьями улочках, сердце начинало биться быстрее, несмотря на то что видело в своей жизни уже очень много вёсен.

Понтифик глубоко вдохнул ночной воздух и закрыл глаза. Удивительно, как прекрасен этот мир, и чем старше становишься, тем больше ценишь возможность наслаждаться жизнью, каждым её мигом и каждой новой весной, тем большее готов принести в жертву ради этой возможности.

Носилки, плавно покачиваясь, неторопливо двигались по ночным улицам, и у него было достаточно времени полюбоваться их чарующей красотой и ещё раз обдумать предстоящий непростой разговор.

Обычного в таких случаях эскорта не было. Не было и эмблемы Светлого Жреца, ни на пологе носилок, ни на плащах идущей по бокам четверки Карающих.