Потому что нельзя… Начало

 – Давай Женя приедет и сама все тебе расскажет? Я ничего не знаю…

– Кристин, она же не убьет его? – не отставал Андрей.

– Да, господи, Андрей, она просто поехала в город за какими-то вещами.

Дибров выдохнул с облегчением и засиял.

***

Днем Руслан зашел к Сереге и Женьке, позвав их с собой за Сашкой, чтобы по старой схеме принудить девчонку украсть деньги на самогон, а еще склонить ее к сексу.

Но у калитки парней встретила ее пьяная мать и еле держась на ногах, принялась обвинять их в том, что эту шлюху, а не ее дочь, увезли на скорой с кровотечением.

– Пошли вон отсюда, кобели! – орала Лариса, еле ворочая языком, сделала пару шагов назад, наклонилась, чтоб поднять сломанные грабли и упала. – Вон отсюда пошли! Пока я вас не убила…

– Пойдемте, – остался шокированный происходящим Женька.

Парни уже ушли далеко и не слышали, как из дома вышел сожитель Ларисы. Мужик, увереннее стоя на ногах и принялся пинать Ларису под живот, будто шавку-пустолайку на цепи.

– Ты что, отец? – попытался остановить его Никита, но тот махом схватил сына за шиворот, приподнял и бросил в сторону.

 – Еще раз вмешаешься, я тебя так же зашибу, щенок!

Перепугавшись, Никита приподнялся на локти, заметив рядом с собой доску с торчащим гвоздем. Напротив, вся в крови, откашливалась Лариса.

***

Вечером я приняла душ, вытерлась мягким ворсистым полотенцем, надела майку, шорты и в бодром настроении вышла из ванной комнаты. За окном уже было достаточно темно, в многоэтажках напротив горел свет в окнах, а звездное небо было не таким обильным, как в деревне.

Я достала из холодильника красное яблоко и только собралась его помыть, как зазвонил домашний телефон. Сердце мое ушло в пятки, по телу прошла дрожь. Номер, который произнес определитель, был мне знаком. Он принадлежал брату Ромы, но чаще с него звонил сам Роман.

***

Вызволив сестру из комнаты, Андрей усадил ее в кресло на веранде, укутал ноги в плед, а сам развалился в другом кресле.

На веранде оставался полумрак, лишь освещение из прихожей дома бросало слабые блики на мебель и стены.

Через открытую входную дверь врывался ветер, колыхал шторку на дверном проеме и сбегал сквозь тюльки на окнах в открытую форточку. Стрекотание сверчков и наступившее жаркое лето придавали еще большего уюта и спокойствия, а на столике ребят ждали две кружки горячего чая, испускающих струйки пара.

– Обожаю эти летние ночи! – воодушевленно произнес Андрей.