В поисках любви и истины

Как вы уже догадались, Эмилия не взяла фамилию мужа. На что он поначалу обижался, а потом смирился. Но ненавидел себя и ее за это, хотя никогда никому в этом не признавался. В свое время для него было важнее получить статус и стабильность, а не наградить жену своей фамилией. Дети, кстати, тоже были Плаксиными, будто в насмешку над его фамилией, но и с этим он смирился.

Бабушка Зоя – Зоя Семеновна, – уже несколько лет жила со своей дочерью. После перенесенного инфаркта она больше не могла сама себя обслуживать и большую часть времени проводила в инвалидном кресле.

За ней был нужен уход, ради этого она и переехала к своей единственной дочери. А ее сын Дмитрий жил за границей. Еще в девяностые эмигрировал в Америку и организовал там собственный бизнес. О своих родственниках вспоминал не часто. По праздникам или в дни рождения. Чаще всего присылал деньги, а не подарки, из приличия приглашал в гости, но никто у него так ни разу и не побывал. Муж Зои Семеновны Аркадий Яковлевич был из старого дворянского рода, чем все семейство и гордилось. Его давно уже не было в живых. В свое время он был не последним человеком в партии, а потому их семья никогда ни в чем не нуждалась. Залог их состояния был сколочен им еще в советские времена. А в перестройку он умело вложился и приобрел небольшой заводик, который они потом продали, потому что муж дочери оказался военным и по долгу службы не мог заниматься бизнесом, когда отец занемог. Вырученные деньги они удачно вложили в акции крупной компании, на дивиденды от которых теперь в основном и жили. Отец же Эмилии свой строительный бизнес построил сам, после того, как вышел на пенсию по выслуге лет. А Эмилия всю жизнь хранила часы, подаренные дедом ей на шестнадцатый день рождения. Это была реликвия ее прарапрабабушки, которая передавалась в семье по наследству. Но сейчас она тоже об этом не помнила.

***

Первые несколько дней для Эмилии выдались самыми сложными, ее постоянно окружали родные, не оставляли ни на секунду одну.

Они то показывали видео с семейных торжеств, то фотографии, то ее грамоты из школы и института. В общем, программа всегда была насыщенной, будто ее родственники решили осуществить экспресс-экскурс в ее жизнь и таким образом быстренько вернуть ей память. Эмилию немного раздражал их напор, но для нее они были пока людьми незнакомыми и потому она слушалась и терпела, не понимая может ли вообще сопротивляться их давлению.