Моя дочь от тебя

Никуда не денется, – отмахивается Ярослав, и я замечаю, что в его словах есть какая-то недосказанность, и это меня заставляет начать паниковать. Он что-то задумал? И снова за моей спиной!

– Мама! Парк! Давай в парк! – Дочка складывает ладони лодочкой, смотрит на меня просительно.

– В парк, так в парк! Но я с себя всю ответственность за провал проекта снимаю. Запомни, пожалуйста, это, – серьезно смотрю на Яра. – Ирина Витальевна, вы слышали же сами, да? Если вам инвесторы откажут, Ярослав Михайлович, то я ни в чем не буду виновата.

– Угу, – кивает женщина. – Я все слышала.

– Все будет нормально, детка. – Яр проходит мимо меня к выходу и, подхватывая меня за талию, тащит за собой. – Мам, давай что-нибудь организуй к обеду. Мы заедем после парка, чтобы забрать вещи.

– Что? – оглядываюсь на Яра в недоумении.

– С сегодняшнего дня ты и дочка будете жить у меня, – цедит сквозь зубы мужчина, так, чтобы не слышала Ирина Витальевна.

Глава 6

Сдерживаюсь лишь только потому, что Антон сидит напротив.

Мы хоть с ним и в одной лодке под названием “общий бизнес”, но слабость свою я ему показывать не намерен. Знаю наверняка, что это мне (пусть и не сейчас), может выйти боком. Этот мир не любит слабаков, да я им, в принципе, и не являюсь.

– Ну, что будем делать? – вскидывает бровь Антон, косится в мою сторону.

– У тебя есть предложения? – откинувшись в кресле гендиректора Головнюка Ярослава Михайловича, возвращаю Антону его же взгляд, приправленный иронией.

– Может, ну его на хрен? Просто свалим обратно в Москву и найдем что-то более стоящее.

Зачем нам этот Мухосранск, ей-богу, Макс? Ну бред! Еще и с таким наплевательским отношением со стороны этого кашалота.

Антон продолжает говорить, а я его не слушаю. Знаю, что он прав и что все, что сейчас происходит здесь – это только из-за нее. И я нахожусь здесь лишь только потому, что до сих пор меня тянет к этой заразе с такой силой, что хоть волком вой.

Чертова ведьма. Бесит неимоверно!

– Я хочу дать этому засранцу еще один шанс.

 – Складываю перед собой пирамидой пальцы, упираюсь в них подбородком, пристально смотрю Антохе в глаза.

– Ему или ей? – с пониманием хмыкает парень.

– Ему, – растягиваю губы в подобие улыбке.

– Ну да ладно. Раз ты так хочешь, пусть будет так. Во сколько он соизволит приехать? – в голосе Антона слышится неодобрение. И я знаю, что, будь на моем месте он, я бы ему не уступил.

– Во второй половине дня, – скупо отвечаю.