Зловещий детдом

Невысокие декоративные оградки вынуждают хозяев усадеб поддерживать во дворах порядок. Лужайки и деревья подстригаются, дорожки метутся, повсюду цветы… Идешь, и глаз радуется. А у нас, разбери что за забором творится, может, тюрьма частная или пушка в клумбе?

Матвей уже почти дошел до середины улицы, где располагался и его дом, как рядом скрипнул тормозами «Рено». Каково же было его удивление, когда за рулем он увидел улыбающегося во весь рот Рыкунова Валеру.

– Здорово, Матрос! – толкнув дверцу, воскликнул Рык.

– Каким ветром? – Матвей воткнул лыжи в сугроб слева от дорожки и вытянул руки навстречу выбравшемуся из-за руля другу.

Они обнялись.

– Ну, ты и забрался! – отстранившись от Матвея, с восхищением выдохнул Рык.

Матвей показал рукой на ворота:

– Подъезжай, сейчас открою.

– Не стоит! – запротестовал Рык. – Я ненадолго.

– Чего? – не поверил своим ушам Матвей. – Хочешь сказать, что ты в такую даль на полчаса перся?

– Так и есть, – на полном серьезе сказал Рык и забрался обратно за руль.

Поставив машину напротив калитки, друзья вошли во двор.

Заливаясь звонким лаем, навстречу выбежал Пират. Щенку было всего лишь пара месяцев, но он уже выполнял некоторые команды.

– Ты успел хозяйством обзавестись? – Рык присел на корточки и протянул к щенку руку.

Тот радостно вильнул хвостом и потянулся носом, однако тут же схлопотал затрещину и, взвизгнув, отскочил.

– Фу, чужой! – подыграл Матвей Рыку.

Правильно сделал. Попутно проучил собаку. В следующий раз не станет ластиться, а уже отнесется как к постороннему.

Матвей не преследовал цели вырастить из него монстра. Но злость воспитать рассчитывал. Мало ли?

– Я бы так не смог жить, – признался Рык, плюхнувшись на диван в гостиной.

– Знаю, – помрачнел Матвей. – Я тоже такой.

– Немного не так выразился, – спохватился Рык. – От безделья сдох бы.

– Но мне скучать не приходится, – возразил ему Матвей. – Неделю назад из Папуа – Новой Гвинеи прикатил.

– Отдыхал?

– Ага, – Матвей уселся напротив.

– Да ты что? – оживился Рык. – Это что же, снова мир спасал?

– Скорее, престиж российской авиационной промышленности, – уклончиво ответил Матвей. Ему не хотелось вспоминать историю с «Сарсаром». Новейший российский самолет рухнул при проведении демонстрационного полета, а Матвей волею случая оказался в эпицентре интриг, развернувшихся вокруг этого события.