Беллатрикс. История сбежавшей невесты. Книга 2

Какое вообще дело до этого сборника монстров, если чудовища, с которыми мы столкнулись, там просто не значатся?

Насчет собрания четкого расписания у нас нет. Хотели провести завтра, но это было до того, как решили отправить пятерых на материк. Думаю, первый настоящий сбор будет, когда Майкл и Рик окажутся здесь. Все же именно они наши негласные командиры.

Если получится, приезжай завтра. Познакомишься с теми, кто остался на месте. Я буду рада увидеть тебя.

    Люси».

Отложив письмо, Бель долго сидела, привалившись спиной к подушке и невидяще глядя в заоконную темноту.

Затем сложила лист, где начала писать ответ, пополам и оторвала чистую сторону. Написанное смяла, бросив на тумбочку. На оставшемся клочке вывела два слова: «Я приеду».

Призвала сову-фамильяра и отправила с ней ответ для Люси.

Утром Белла пришла в приемную ректора, дабы выпросить у него разрешение «навестить семью». Она помнила слова Антара о том, что без ведома Дика Страйбера пересечь границы академии невозможно.

Сначала хотела связаться с другом при помощи подаренного им зеркала, узнать, нет ли других способов ненадолго улизнуть отсюда. Но вовремя вспомнила вчерашний разговор, ввергнувший ее в ступор.

Антар предложил свидание. Чем привнес определенные сложности в их дальнейшие отношения. И не потому, что Бель этакая невинная ромашка, падающая в обморок при любом знаке внимания со стороны мужского пола. Она вообще с легкостью относилась к романтическим встречам под луной и даже поцелуям. Ведь никогда не принимала все это всерьез.

Во время учебы в Швейцарии сбежать через окно к очередному ухажеру или отправиться с компанией на полуночную вечеринку – привычное дело. Она знала, что красивая. Знала, что многим нравится. И пользовалась этим, дабы весело провести время, толком ни к кому не привязываясь.

Антар – совсем другое дело. Ей было не все равно. Бель не хотела терять его дружбу, боялась горького чувства сожаления. Все ее мимолетные отношения заканчивались именно этим.

Единственное исключение, пожалуй, – Майкл Штерн. Только потому, что он ей вроде брата, и романтики между ними кот наплакал.

В приемной было пусто, она вновь пришла раньше и сидела у знакомого стола, заваленного стопками бумаг. Теребила подол любимого белого сарафана, нервно постукивала носками потрепанных синих кроссовок и сдувала норовивший сползти на глаза локон наскоро собранных заколкой волос. День обещал быть теплым, лето отказывалось уступать место осени.