Если сердце любит

А пока выставил перед палатой охранные чары, настроенные пропускать лишь его и лечащего целителя. Ни у кого из нас попасть к Джейми не получится. И даже влияние бывшего начальника Тайной канцелярии здесь оказалось бессильно. Закон был на стороне родителя, желающего оградить ребёнка от опасности.

Мама восприняла решение зятя неожиданно спокойно. А вот отец разозлился. Генри внёс его в список потенциальных врагов, как тут оставаться бесстрастным?

Двигаясь вверх по лестнице, я пару раз останавливалась, прислушиваясь к спорящим голосам.

Надеялась, они придут к общему мнению. Ведь Джеймсу действительно лучше быть подальше отсюда. По-хорошему, и Лисандре с дочкой нужно спрятаться. Пока некромант не будет пойман. Но папа продолжал возмущаться, и в какой-то момент его речь завершил звук рвущейся бумаги.

Письмо разорвал, не иначе.

Вздохнув, я взялась за перила и возобновила путь.

Неделя после нападения пролетела одним днём. Насыщенным и резко выбивающимся из привычного течения жизни.

Семейный целитель назначил мне курс восстанавливающего зелья – как оказалось, множественное использование порталов вкупе со стрессом пробило брешь в здоровье. Теперь на протяжении двадцати дней нельзя прибегать к магии! До отъезда в академию оставалось совсем немного, и я понимала, что первое время не смогу колдовать в её стенах. Папа сказал, это не проблема. Ректор САРМа в курсе случившегося с нашей семьёй.

Шарлин в себя не приходила. Продвижения в поисках нападавшего тоже не было.

Он словно и не существовал вовсе: магический след из торгового квартала оборвался в развалинах на окраине города, а мой потерянный кинжал даже не отображался на карте. Кстати, Рабастан с того дня ни разу у нас не появился. Я этому втайне радовалась, хоть чувствовала себя неблагодарной сволочью. Он с головой ушёл в расследование преступления, а я испытывала облегчение из-за отсутствия внимания к своей персоне.

Вчера я впервые вышла за пределы поместья, побывала у Норрингтонов на дне рождения подруги.

Но надолго не задержалась. Нанятые папой телохранители не выпускали меня из вида, что жутко раздражало.

Единственным лучиком света был Джеймс, стремительно шедший на поправку. Скоро его должны вывести из магического сна, и тут вставал совсем другой вопрос: как случившееся повлияет на психику пятилетнего мальчика. Он очнётся, а мамы рядом не окажется. И меня, и Лисандры, и бабушки с дедом. Лишь взвинченный, напряжённый от недосыпа отец.