Этот жестокий волшебный мир. Книга 2

– Эй, – он трухнул ее за плечи, опасаясь худшего.

Софина не моргая смотрела в одну точку перед собой.

Тяжело вздохнув, Ойр прибегнул к вещевой магии, создавая одеяло и укутывая девушку.

– Стой здесь. Сейчас за тобой придут. Ты меня слышишь?

Она кивнула, продолжая взглядом сверлить пустоту. Отойдя на несколько шагов и убедившись, что она не свалится без сил в сугроб, Ойр повернулся и направился в сторону едва заметного огонька.

Открывшаяся картина выбила воздух из легких. Столбом замерев на месте, Ойр прилепил взгляд к медленно вращающемуся телу, подвешенному магией вверх ногами.

Лунного света было достаточно, чтобы разглядеть вспоротый живот и умытое кровью лицо. Это был Тарон Солт – студент факультета Огня. Еще пять месяцев, и он бы выпустился из Харбоны.

Ойр запустил в воздух несколько созданных магией шаров света и отвел глаза от мертвеца. Внимательно осмотревшись, обнаружил присыпанные снегом внутренности. Они были не разбросаны в случайном порядке, а аккуратно разложены. Медленно двинувшись по кругу, Ойр различил сердце, печень, легкие, желудок, почки.

На равном расстоянии друг от друга и от костра, бывшего центром. Ойр шагнул ближе и наклонился к лицу трупа. Ничуть не тронуто огнем, как и волосы с пальцами рук. Но тело висело так низко, что даже самое слабое пламя должно было опалить хотя бы голову.

Выпрямившись, он задумчиво обвел взглядом снег на поляне. Натоптано было лишь в той стороне, откуда пришел он сам и, наверняка, Софина. Но если приглядеться…

Он пошел в обратную сторону, ступая в отпечатки своих шагов.

Присел недалеко от печени убитого. Рядом проглядывались едва заметные следы. Хозяин обуви, оставившей их должен был быть очень легким, практически невесомым. Но все же сотканным из плоти и крови.

Взгляд зацепился за что-то белеющее в черных углях кострища.

Ойр не хотел топтать еще больше, потому поднялся и потянулся к ближайшему дереву. Отломил ветку, решая не копошиться в золе магией, дабы не стереть отпечатки чужого колдовства.

Осторожно поддел палкой белеющий предмет.

Вытащил на снег.

Ойра бросило в жар.

Ритуальный кинжал с костяной ручкой. Коряво вырезанные темные вензеля и три полосы у основания лезвия.

Перед глазами размытыми кадрами пробежали сцены из видения, вызванного Алесаной в первые дни их знакомства. Умом Ойр понимал, что мог перепутать, подобных ножей скорее всего сотни. Но сердце упрямо твердило: это он. Тот самый.

Кинжал, которым убили его родителей.

Глава 5.