Адский сон 1. Калейдоскоп

А в воскресенье мы ездили за город, катались на санках, ледяных горках и ели шаурму с пирожками…

* * *

«Как же было здорово!»– улыбалась я, очищая сапоги от снега на крыльце офиса в понедельник. Казалось, и во мне что-то ожило за эти пару дней. Даже курить не хотелось.

– Ох, какая ты румяная!– встретил меня Филипп.– Привет!

А я открыто рассмеялась, вспоминая красные щёчки и носы своих малышей, их счастливые глаза и визги.

– Тебе так идёт смех!– засмотрелся на меня коллега.

Я смущённо опустила глаза и проскользнула в открытую им дверь холла здания.

– Ты уже знаешь, что я тебя выселяю?– спросила, поднимаясь по лестнице.

– Никому другому я это не позволил бы! Ток тебе!– улыбнулся тот.– Я тебе даже помогу.

– Ты такой добряк,– снова рассмеялась я.

– А ты сегодня светишься вся. Влюбилась, что ли?

Я чуть не споткнулась, переступая порог офиса. Филипп загадочно усмехнулся, потянул за выбившуюся из-под капюшона красно-фиолетовую прядку, подмигнул и пошёл вперёд по коридору. Я лишь проводила его взглядом, недоумённо отмечая, что меня нисколько не задело его прикосновение.

Может, я и правда, ожила?

Начав регулярную процедуру приветствия коллег, поняла, что все уже в курсе моего нового назначения, но толком не знали, чем буду заниматься, поэтому пускали в ход самые каверзные шуточки, даже бросили намёк на давно скрываемую симпатию Самоносова.

А войдя в коммерческий отдел, получила указания от нашего менеджера по персоналу Инны Карловны перебираться в новый благоустроенный кабинет главного архитектора.

Она выдала ключи от него и планшет, который мне надлежало всегда иметь при себе. Виктор не любил ежедневники и любую информацию сразу просил вносить в систему «Электронный офис».

Сегодня Самоносов задерживался на деловой встрече, поэтому я могла спокойно выпить кофе и устроиться на новом месте.

Только переступила порог кухни, как неожиданно из-за двери с распахнутыми руками выпрыгнул Геннадий:

– Евс Батьковна, потанцуем?

От испуга я шарахнулась в сторону так, что боком влепилась в косяк.

– Ой, ты чё это? Утро ж доброе!– загоготал коллега.

Филипп, который стоял у окна, сочувственно сдвинул брови, заметив, как я поморщилась от боли. Я же лишь сглотнула, прикрыла глаза, чтобы перевести дыхание, и, выпрямившись, прошла к кофемашине. А внутри клокотало от желания размозжить голову клоуну об этот косяк.

– Опять ты, Гановский, пытаешься без очереди пробиться?– в поддержке коснулся моего локтя Филипп и протянул яблоко.