Чай с Казановой

Клим повернул меня к себе спиной, провел ладонью между лопатками, словно намекая расслабить мышцы и, мягко обхватив груди, стал неторопливо массировать их, пока соски не превратились в острые венчики. Внутри меня все заныло от жажды большего. Я выдохнула с изнемогающим стоном и уронила затылок ему на плечо, а ягодицами потерлась о горячий пах. Его пальцы стали уверенными, жесткими, чего так не хватало… И я накрыла его руки своими и направила движения так, как хотелось мне.

Сжав один сосок между пальцами и оттянув его, другой рукой Клим провел вниз по животу и забрался в трусики.

– А-а,– выдохнула я, когда чуткие пальцы коснулись жаждущих ласки складочек, и еще плотнее прижалась ягодицами к его паху. Там уже тоже ждало разрядки…

– Приятно, что тебе не нужен гель, ты уж течешь…– выдохнул Клим в ухо и прикусил за самый кончик.

Его губы спустились к шее и захватили венку, он стал ласкать ее языком, слегка прикусывать – удовольствие проносилось по телу горячими волнами и собиралось нетерпеливым комком внизу живота.

А там умелые пальцы уже скользили по складкам, чуть входя в меня, снова подразнивая клитор. Я нетерпеливо заерзала под его рукой, насаживаясь на пальцы и мечтая заполучить еще более сладкое удовольствие. И в следующее мгновение он подхватил меня на руки и бросил на диван.

Ухватившись за трусики с двух сторон, Клим ловко стянул их и накрыл меня собой. Я схватилась за его плечи, живо развела ноги, обвила его поясницу икрами и приподняла бедра, чтобы почувствовать влажным лоном упругий член.

– Не спеши…– остановил он, мягко отстраняя за плечо и глядя таким властно-искушающим взглядом.

И я подчинилась: ослабила хватку, уронила ноги на диван, но все еще держалась за его крепкие плечи.

Его пальцы снова оказались у меня между ног, но теперь он то мягко, то дерзко играл с клитором, заставляя меня краснеть от откровенного взгляда. А второй рукой он отнял мою руку от себя и обхватил пальцы губами.

Его рот был горячим, мокрым, язык умелым. Клим посасывал и покусывал пальцы, и все это время пожирал меня ненасытным взглядом, будто тоже горел безумным желанием овладеть мной.