Чай с Казановой

Представляешь, что ты мне подсовываешь?

– Так ведь то чужой опыт!

– Меня мама учила не изобретать свой велосипед.

– Ой, посмотрите на нее, какая послушная дочка выискалась!– усмехнулась та.– Ты его еще в глаза не видела, а говоришь, что он брюзжащий старик. Да он не тянет на сорок шесть. Подтянутый, без единой морщинки на лице – максимум сорок. Ты же знаешь – мужчины стареют позже женщин. Зато, представляешь, ты еще долго будешь молодой женой, на руках будет тебя носить…

Кэт мечтательно запрокинула голову к потолку и развела руки в стороны…

– Угу, в инвалидном кресле?

Подруга тут же нахмурилась, вздохнула и сердито покосилась на меня.

– Это у тебя крайности. Почему сразу старик, инвалидное кресло? Не хочешь – не надо. Я же о тебе забочусь.

– Знаешь, я тут вспомнила: а ведь со всеми, с кем ты знакомила, у меня ничего не выходит. Так что, это уже закономерность.

– Вот откуда ты такая уверенная?– начала раздражаться она и ерзать спиной по матрасу.– За кого ты меня принимаешь?

– Кэт, я как-нибудь сама свои шишки соберу…

– Ага, вот уже давят тут новостями про вирус в Китае, то ли очередная раздутая история, то ли правда.

Но если правда и к нам прилетит, то помрешь ты и не узнаешь своего счастья, а тут вполне надежный вариант под боком…

– Ну прямо-таки панацея!

Кэт посверлила меня недовольным взглядом и смиренно вздохнула:

– Дыши ровно. Профилактику закончила. Хотела перспективу тебе предложить, но, как знаешь…

– Давай спать, перспектива ты моя неугомонная!– я улеглась удобнее и закрыла глаза.

Кэт еще поворчала под одеялом и затихла. А мне стало как-то грустно. Полночи я смотрела в темный потолок и вспоминала все свои романы, в итоге оказавшиеся неудачными, представляла, что бы могла сделать по-другому, чтобы меньше переживать впоследствии. Но лишь досадно вздыхала: жизнь не перепишешь – все это опыт, который делает нас сильнее. Когда после ужина мы пили чай у камина, я смотрела, как Вера с Олегом мило воркуют, как Андрей трогательно ухаживает за Кэт… и понимала, что мое счастье где-то заблудилось.

Помню проницательный взгляд Риммы, который только добавил грусти. «Может, на мне венец безбрачия?– усмехнулась я, устав от мыслей.– Ничего… Вот наступит новый год, и все изменится… Обязательно!»

***

В предновогоднее утро встали мы все часов в одиннадцать. Под фильм «Один дома» мужчины мариновали мясо на шашлык, Римма и Кэт готовили десерты, а я с Верой украшала гостиную и ель, проникаясь праздничным настроением.