Халт

Мастер смерил его презрительным взглядом:

– Хоррошшо. Ссначит, день поссле этого его нне коррмить.

Халт похолодел. Ну ладно, грифон. Ему можно кидать куски мяса через прутья решетки. Но как накормить амфисбену? Она отгорожена такой мелкой сеткой, что никакую еду через нее не пропихнешь. Значит, нужно входить в клеть? Да один укус амфисбены смертелен! А бросок этой гадины – молниеносный. Но задавать вопросы он благоразумно не стал.

Когда покинул Арену по короткому туннелю, показанному мастером Грудашем, из груди все же вырвался вздох облегчения.

Тело мигом вспомнило, что эти дни он не ел, не пил и практически не спал, в мозгу родились видения бочки с водой, куда можно залезть, чтобы помыться, и о чистом белье. До завтрашнего утра он свободен!

Гнома, волею случая оказавшегося напарником Халта, звали Рыжебород. При свете дня его длинная борода казалась даже не рыжей, а золотистой, и хотя Халт плохо определял возраст гномов, он все же решил, что его напарник молод.

– Где мы? Где гномий район? – спросил он, озираясь.

Здесь Халт тоже не бывал, так что даже не представлял, в какой стороне его мансарда.

– Да через гоблинский пройдем и будем дома.

– Через гоблинский? Ты уверен, что это безопасно? – Халт вспомнил озлобленные глаза, страшную нищету и грязь и решил, что не рискнет туда соваться даже днем.

Рыжебород хмыкнул:

– Я ж из «Летучей гвардии»! Что мне какие-то гоблины!

Это, конечно, успокаивало, но не до конца. Их двое, а гоблинов – сотни.

– Ладно, давай только что-нибудь выпьем.

Да и пожрать охота, – сказал он, но тут же нахмурился. В темнице у него не только отняли амулет, но и выскребли все деньги.

– Знаю тут отличную пивную! – откликнулся Рыжебород. – Гномы держат. Пошли. Угощаю, – добавил он, увидев сдвинутые брови.

Арена накладывала отпечаток на весь квартал. Огромное количество трактиров и постоялых дворов, объявления о возможности снять комнату на время игр, толстые коты, лениво переходящие от одной мясной лавки к другой, сувенирные лавки с безделушками.

Игры, как понял Халт, проходили обычно раз в неделю, по воскресеньям, но иногда, во время больших праздников, устраивались чаще и длились несколько дней. Билет можно было купить как заранее, так и в день игр. Самые дешевые стоили совсем гроши: по цене двух кружек пива. Но их брали либо бедняки, либо обладатели очень хорошего зрения, ибо различить с верхних ярусов, что происходит на арене, было трудно. Чем ниже место, тем дороже.