Адский сон 2. Невидимки

Ты здесь, потому что нужна, – склонился Макс, и на секунду показалось, что в его глазах мелькнуло нечто тоскливое. Как тогда, в ресторане, когда он «умирал» на моих коленях…

– Для чего? – отклонилась в сторону, ощутив его дыхание на коже. – Хватит говорить загадками…

– Об этом ты тоже скоро узнаешь. Если не будешь бунтовать, я стану оказывать тебе поддержку. В конце концов, ты здесь, чтобы помочь нам…

– Искалеченная?! – и ткнула ему в лицо рукой в пластыре.

Но он сочувственно улыбнулся, поставил ладони на край кушетки по обе стороны от меня и неожиданно поцеловал в локоть.

Я брезгливо поморщилась и, как бы ни болели мышцы, прогнулась под его рукой и спрыгнула с кушетки.

– Не преувеличивай, – тихо засмеялся он и оглянулся. А потом достал из кармана какие-то белые капсулы и протянул мне. – Это бонус за единственное испытание, которое ты прошла.

Я скептически глянула на его раскрытую ладонь.

– И что это?

– Обезболивающее.

Я сделала шаг навстречу и, сдерживаясь из последних сил, процедила:

– Скажи, сколько это продлится?

Макс замер на мне задумчивым взглядом, а потом отошёл за спину и распахнул дверь.

– От тебя неприятно пахнет. Иди в душ, и на завтрак. Ещё увидимся.

– Садист хренов! – прошипела я и, проходя мимо него, ударила по протянутой ладони так, что капсулы отлетели в стену.

Глава 8

Я так вымоталась, что под холодными струями воды почти ничего не чувствовала.

К концу семи минут, выделенных на процедуру, еле смыла гель с тела одной рукой, чтобы не намочить раненую, на мытьё головы ни времени, ни сил уже не осталось.

«Может, и нужно было взять те таблетки… Даже если это наркотики… Хочется просто умереть…» – отчаянно думала, кое-как обтираясь полотенцем.

В одноразовых пижамах мы прошли в стерильный и всё же тюремный барак. В шкафу ожидала свежая одежда, идентичная предыдущей.

Все были разбиты, и никто не смотрел друг другу в глаза.

Никто и словом не обмолвился до самой столовой. И нас действительно больше никто не сопровождал.

Мы молча расселись на негласно закреплённые места. Еды было уже не так много. Перед каждым стоял порционный поднос с дымящейся кашей, напоминающей клейстер с комочками, кусочек хлеба с маслом, какие-то орехи и напиток. Снова загорелся таймер.

– Неужели опять голодовка? – проговорила Первая, переливая кашу ложкой и шумно вздыхая.