Кукольный дом. Колдуны по ночам варят зелье, смешивая страх и веселье

Напротив диванчика письменный стол, стул и старый комод с тройным зеркалом, в которое можно увидеть себя сразу со всех сторон, у бабушки в деревне был такой же. На полу коричневый линолеум, перед диванчиком небольшой потёртый бежевый коврик с восточным рисунком. В дальнем углу маленькая шоколадно-коричневая изразцовая печь, от которой и исходило тепло. Вот и всё…

– Ну, не домик Барби, но уютно – нерешительно протянула Ксеня. Комната и действительно показалась ей неожиданно уютной, всё здесь как будто дышало лесом, а старая мебель напомнила ей большую двухэтажную дачу бабушки в деревне под Питером, на которую их с Ленкой в детстве регулярно ссылали на лето.

Она рассеянно опустилась на диван рядом с сестрой. Ленка потрепала её по макушке кулачком.

– Смотри вон в окно, покажу, где столовая – указала она на длинное двухэтажное строение поодаль, скрываемое разлапистыми елями.

– Лен, скажи, а этот переезд сюда, он точно не связан с… Моими приступами?

Ленка округлили глаза.

– В смысле?..

– В прямом.

Это точно не дурка?.. – тихо спросила Ксеня, глядя прямо в глаза сестре.

– Да ты что, рехнулась? Это интернат для детей-сколиозников! Ну ты даёшь! Нет, вы посмотрите только на неё!.. Она думает, что родные предки её в дурку запихнули. И я, значит, работаю в дурке да?.. Я!.. Ксеня молчала, не глядя на сестру.

– Ксюха! – Лена взяла сестру руками за плечи и серьёзно заглянула ей в глаза – Это нормальная школа. Нет, не нормальная, а даже очень хорошая, замечательная! Вот увидишь, слышишь меня?

Ксеня улыбнулась в ответ и кивнула.

Ленка обняла её.

Ксеня машинально созерцала своё новое прибежище поверх Ленкиного плеча, когда взгляд её упал на странную куколку, стоящую на столе у окна возле старой керосиновой лампы. Куколка стояла на подставочке-кругляшке из спила ветки и представляла собой вытянутый вверх, слегка кривоватый крест, видимо, сделанный из веток, обмотанных неокрашенной шерстяной верёвкой по всей длине длине так, что получалось туловище и короткие ручки. Снизу верёвка была намотана совсем тонко, выше утолщалась, как на веретене.

Кукла получилась на одной ноге, как привидение в мультике или джинн. Выше перекрестья, там, где у куклы подразумевалась голова, кто-то сделал коричневыми нитками стежки крест-накрест вместо глаз и рта.

Ксеня перевела взгляд выше, на окно, и заметила висящее на карнизе шторы поверх занавески странное небольшое сооружение из перьев и проволоки, причудливо вплетённой в обруч, напоминающее паутину.