С драконами не разводятся, или Факультет злодеев

– Видишь, как ты меня разозлила? Не делай этого больше, милая.

Сжимает подбородок длинными пальцами и целует в губы. Так нежно… Невыносимый контраст с жестокой грубостью того, что сейчас происходило! Еще немного, и сломаюсь. Именно от этой непозволительной мягкости после зверства.

Муж отстраняется, смотрит мне в глаза.

– Не забывайся, Мона. Ты всего лишь человек. Я опустился до тебя лишь из-за печати истинности.

Сглатываю ком в горле и тихо проговариваю:

– Что-то я на спине твоей любовницы не увидела крыльев.

Он усмехается.

– Ну так она мне и не жена.

Отворачивается и уходит, закрыв за собой дверь.

Какое-то время я не шевелюсь.

Внизу живота вспыхивает резкая боль. Испуганно вздрагиваю и начинаю глубоко дышать. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Все постепенно успокаивается, тело окутывает усталость.

Поднимаюсь и начинаю нарезать круги по спальне.

Сегодня так много всего случилось впервые, что впору задуматься, а знаю ли я человека, за которого вышла замуж? Или все оказалось нарисовано слишком уж радужным воображением девочки, мечтавшей о прекрасном крылатом принце?

А может, я сама виновата? Спровоцировала, полезла не в свое дело.

Права была бабушка, мне нужно учиться смирению.

Быть послушной женой.

Закрывающей глаза на любовниц мужа.

И тогда не повторится сегодняшняя страшная ночь, за которую мой мир разбился вдребезги.

Так ведь?

Останавливаюсь у камина, смотрю на не унимающийся огонь. Прикладываю ладонь к животу.

Муж изменил мне и впервые ударил.

А затем взял силой. Возможно, этого больше никогда не повторится…

Зажмуриваюсь, наконец срываясь на плач. Слезы льются сплошным потоком, отыгрываясь за то, что я так долго их сдерживала.

Кого я обманываю? Зачем пытаюсь оправдать его?

Отворачиваюсь от огня, отхожу к стене и сползаю по ней на пол. Рыдаю, пока истерика не прекращается сама собой. Почти до самого рассвета.

Не знаю, сколько времени я сижу в тишине, но в какой-то момент за окном становится светло. Встаю, снимаю с себя порванную сорочку и иду в купальню.

Набираю горячей воды – такой, чтобы еле терпела рука, – затем забираюсь в лохань и погружаюсь до самого подбородка.

Щедро выливаю на мочалку мыльного раствора из стеклянной баночки. Принимаюсь оттирать от себя следы грубых рук мужа.

Он больше никогда ко мне не прикоснется. Никогда!

Дверь в спальню звучно хлопает, оповещая о чьем-то появлении. Замираю, сжав мочалку обеими руками.

– Мона?

Это Рэйзор.