Она Остров

Прошел месяц со дня смерти отца, а я так и не привыкла, что его больше нет. Он ушел быстро после непродолжительной болезни, не оставив нам возможности осмыслить происходящее. И теперь мы учились жить без него.

Я старалась чаще бывать у матери, поддерживать ее. Мы с ней никогда не были близки. Для нее я – ребенок, не оправдавший ожиданий. Не так выгляжу, не ту прическу ношу, не родила за столько лет брака.

И если образ матери мною, вероятно, демонизирован, то отца я идеализировала.

Представление о нем четко отпечатано в моей памяти.

Он многому научил меня, и я всегда была очень на него похожа. И нет, с отцом мы не были близки. Пока отец был жив, я фантазировала, что придет время, и мы как в детстве сможем делать что-то вместе: сходим на рыбалку или в поход, а может даже отправимся в путешествие. Но его жизнь закончилась, и это неизбежно подталкивало меня к осмыслению того, как я проживаю свою.

***

Мать открыла нам дверь. Знакомый с детства запах напомнил о прошлом. Но все изменилось безвозвратно, и матери нужно было учиться жить в новой реальности: готовить только для себя, заботиться о себе, но она решила переключить свое внимание на меня.

– Ты плохо выглядишь, – немедленно сообщила она, как только мы вошли.

– Знаю, ты хочешь поговорить об этом? – Я начинала заводиться.

Поняв, что вечер может быть испорчен, едва начавшись, она попыталась отменить свою реплику:

– Я просто беспокоюсь о твоем здоровье, ты давно сдавала анализы?

– Ничего я не сдавала, – огрызнулась я, – все нормально у меня.

– Как же нормально, если не получается… – Она вовремя осеклась: тема детей неизменно вызывала много конфликтов. – А что врачи говорят про ЭКО? Нужно пробовать! У Ларисы Сергеевны дочь родила двойню, здоровые девочки!

Так ничего и не ответив, я прошла в комнату отца. На полке с пластинками пылился блокнот, который я ему подарила пару лет назад. В начале первой страницы мелким почерком были написаны названия музыкальных альбомов, остальные страницы были пустые, и я решила взять блокнот себе.

Мы с отцом любили музыку. Из плотного ряда пластинок я вытащила первую попавшуюся. Это оказался альбом Элтона Джона. Я выключила свет и легла на диван.

Комнату заполнила темнота, и только белый свет уличных фонарей холодно освещал проигрыватель и стеллаж с книгами. Мельница теней на потолке обратилась в танец призрачных видений.

Под песню сэра Элтона «Your song» я закрыла глаза, и две огромные слезы скатились на подушку.