Легенда о половинках. Часть 1

Его щеки были смешно вымазаны пеной, волосы на голове взъерошены, а сонные глаза почти смыкались тяжелыми веками.

– Хорошо, что девочкам не надо бриться,– долго наблюдая за действиями брата, с облегчением заметила она.

– Я думаю, что ты забавно смотрелась бы с бородой!– пошутил Брайан.

София обиженно выпятила губы и покосилась на брата.

– Я и так некрасивая, а ты еще шутишь.

Брайан удивленно нахмурился.

– Кто это тебе сказал?

– Все в школе об этом говорят, и взрослые тоже.

Думаешь, я глухая? Я все слышала, что говорит про меня наша соседка, а еще…

– А я знаю одно,– прервал тот сестру,– когда ты вырастешь, то будешь самой красивой и самой любимой девушкой на свете. И жених у тебя будет самый достойный. Я лично об этом позабочусь.

Брайан отошел от зеркала и мазнул кисточкой для пены по кончику носа девочки.

– Фу,– отмахиваясь весело засмеялась София.

– Вот так гораздо лучше! Когда ты улыбаешься, твои глазки излучают особое сияние! А теперь расскажи своему брату, что с тобой происходит в последнюю неделю? Я тебя не узнаю…

Его голос стал серьезным.

Вмиг веселость Софии сошла с лица, и она напряженно втянула голову в плечи. Брайану еще не приходилось видеть сестру в таком состоянии: она была не только напряжена, но и внутренне встревожена, что-то происходило в этой маленькой головке, и было заметно, что ее мысли находятся где-то далеко и необычайно тяжелы.

– Окей, если не хочешь, не говори…

– Я верю тебе,– еле слышно проронила София.

– Ты не разозлишься, если я тебе расскажу? Потому что у меня больше нет сил молчать. Если я расскажу тебе, мне станет легче…

Брайан заметил, как глаза сестры наполняются слезами и все ярче блестят, обнял ее за плечи и ответил:

– Нет, конечно. Я даже сохраню твой секрет, только не плачь.

Дрожащим голосом сбивчиво София рассказала брату о том, что увидела в тот злополучный вечер. Лицо Брайана медленно потемнело, в глазах появилось выражение, которого София еще не могла понять, но оно сразу насторожило ее.

Боясь его реакции, она ухватилась руками за его шею и, крепко прижавшись к нему, слезно прошептала в ухо:

– Только прошу тебя: никому не говори, об этом никто не должен знать. Пожалуйста, Живчик… Я так боюсь за маму…

София заметила, как напряглись его мускулы, как он замер в яростном оцепенении, а долгое молчание сбивало ее с толку.