Чувство вины, или Без тебя холодно

– Светлана, успокойся. Я тебя вытащу, – заверил меня супруг. – Мы дадим денег, наймем лучших адвокатов. Тебе дадут условно…

Я подняла на мужа заплаканные глаза и глухо произнесла:

– Паша, но ты хоть сам пронимаешь, что говоришь? Пока ты будешь меня вытаскивать, я сойду там с ума. Паша, ты что, не понимаешь, что я умру?! Лучше убей меня, Паша. Лучше сразу убей!

– Не говори ерунды!

– Паша, я же у тебя как тепличное растение. Мне нельзя в другие условия. Ты же сам знаешь, что я не смогу приспособиться.

Я вообще не умею приспосабливаться. Я слышала, что там творится. В тюрьме ужасные условия, чесотка, сексуальные домогательства, болезни, драки, переполненные камеры, злобные надзиратели.

– Света, ты пробудешь там совсем недолго. Тебе необходимо капельку потерпеть. Я все улажу.

– Я не смогу пробыть там и дня. Я лучше сразу руки на себя наложу.

– Света, ну что ты такое говоришь? А хочешь, я возьму вину на себя?

– Как это? – опешила я.

– Если нас все же припрут к стене, скажу, что за рулем нашего автомобиля был я.

– А если кто-то видел…

– Если и есть свидетели происшествия, то они могли видеть, как наш автомобиль сбил этого несчастного, но кто именно сидел за рулем – вряд ли. Тем более я чистосердечно во всем признаюсь. Им-то по большому счету какая разница, кого наказывать – тебя или меня?

– И ты за меня сядешь?

– Совсем на чуть-чуть. Ты же меня вытащишь. Сразу позвони Жоржу, сними деньги с нашего счета и профинансируй его деятельность.

Посижу немного, и все. Конечно, было бы неплохо, если бы мы «подлечили» деньгами того, от кого зависит дело, и меня выпустили на свободу без всяких судов и разбирательств. Отпустили за недостаточностью улик. Ты же понимаешь, что все это стоит денег. На крайний случай дадут условно.

– Паша, и ты готов ради меня пойти на подобное? Ты меня так любишь?

– Конечно, люблю. А ты разве во мне когда-нибудь сомневалась?

– Никогда.

Эту ночь мы почти не спали, а около семи за мной пришли, но вместо меня отвечать по закону отправился Павел.

Я вновь прокрутила в памяти эти события и, дотянувшись до коньяка, налила себе по полной.

– А тебе что, компания не нужна?

Макар вернулся с балкона и плеснул коньяку себе в рюмку.

– Что глушишь-то в одиночку? Давай вместе страдать. В конце концов, арестовали не только твоего мужа, но и моего брата. Ничего мне не понятно, – пробурчал он и потянулся за долькой лимона.