Грехи молодости, или Расплата за прошлую жизнь

– Леша, ты живой? – спросила я, чувствуя, что сейчас хлопнусь в обморок.

Алексей застонал и открыл глаза.

– Рита, он ушел… через окно… Он на крыше…

– Кто он?

Я оглянулась и увидела небольшое распахнутое окно – такие делают в новых домах для проветривания санитарных помещений. От уличного ветра занавески раздувались, напоминая паруса.

Не раздумывая ни минуты, я бросилась к окну и выглянула на улицу. В полуметре от широкого мраморного подоконника была пожарная лестница, которая, вне всякого сомнения, вела прямо на крышу.

Архитекторы хреновы, хоть бы о безопасности жильцов подумали!

Услышав слабый стон Алексея, я вернулась к нему.

– Я и не подозревал, что он будет ждать меня здесь, – сказал он.

– Ты это о ком? Ты знаешь его? Говори же!

– Не знаю, Рита. Я никогда не видел его раньше. Наверное, это он убил Машу…

Алексей закрыл глаза и замолчал. Я осторожно потрясла его за плечо:

– Леша, я сейчас вызову милицию и «скорую помощь». У тебя вся рубашка в крови.

– Рита, я умру, – едва разлепляя губы, прошелестел он.

 – Этот гад выпустил в меня две пули…

– Не говори ерунды! И не таких с того света вытаскивали. Ты только держись, слышишь? Я оставлю тебя на несколько секунд, чтобы позвонить. Я быстро…

Я подбежала к телефону и сняла трубку. Гудка не было. Я потянулась к аппарату и заметила перерезанный провод. От испуга перед глазами поплыли красные круги. Кое-как справившись с приступом дурноты, я прошла в коридор, нашла свою сумочку и принялась судорожно выгребать ее содержимое.

Сотовый, где же сотовый? Черт, наверное, в машине остался.

Я открыла входную дверь и, не дожидаясь лифта, бросилась вниз по лестнице, прыгая через несколько ступенек. Примерно на пятом этаже меня вдруг осенило: соседи! Надо позвонить в любую дверь и попросить помощи, ведь жизнь Алексея может оборваться в любой момент!

Подбежав к обитой дорогой кожей двери, я стала истерично молотить в нее кулаками и громко кричать:

– Эй, люди добрые, помогите! Вызовите, пожалуйста, «скорую помощь», здесь человек умирает!

Покричав минут пять, я поняла, что никто мне не откроет, и, махнув рукой, бросилась дальше.

На одном из пролетов я неожиданно споткнулась и кубарем покатилась вниз. Когда мой полет окончился, я с сожалением обнаружила, что тоненькие каблуки-шпильки от новых итальянских туфель отлетели. Однако колготки, как ни странно, остались целехонькими.

– О, черт, – простонала я и попыталась встать.

Это оказалось не так-то просто.