Потерянная душа. Том 1

Видимо, так тому и быть…

– Объективность – это не то качество, которое я могу проявлять сейчас,– ответила, выдав свою уязвимость.– Мне нужно побыть одной…

– Конечно,– заботливо проговорила Нэйя, сделав шаг в мою сторону,– приводи мысли в порядок, и будем двигаться дальше.

– И еще одно,– твердым тоном сказала я,– раз все так безнадежно, я требую связаться с моими родными и сообщить о том, что я жива. Но, вероятно, места выдать не получится, то хотя бы сказать, что я уехала в другую страну навсегда и больше не смогу с ними общаться.

Незнакомец смотрел на меня не моргая, лишь уголки его губ слегка дернулись.

– Как вас там, сир…

– Сиер Райэл,– едва слышно напомнила Нэйя.

– Что вы на меня уставились, сиер…– назвать его имя так и не смогла.– Вы же как-то взаимодействуете с вашим шпионом Марком? Передайте ему!

Молчание длилось недолго.

– Что ж, если вы обещаете не устраивать разгромов, я выполню вашу просьбу, сиера Кира,– с холодной вежливостью ответил тот.

– Какие гарантии, что вы передадите Марку мою просьбу?– прищурилась недоверчиво.

– Только мое слово.

– А чего стоит ваше слово?!

Бессердечный незнакомец смерил меня снисходительным взглядом, молча повернулся и вышел из палаты.

«Нахал! И это они мне говорят, что я грубиянка!»

– Уходите,– сказала всем и тяжело выдохнула.

Когда все покинули палату, меня словно подкосило: не смогла устоять на ногах и села на пол прямо там, где и стояла. Тяжелая коса упала на грудь, и я раздраженно отбросила ее назад.

Я с жалостью вспомнила о своей мечте иметь длинные волосы и такие густые, как теперь, но сейчас эта часть внешности нисколько не радовала. Услышав едва заметный шелест, оглянулась: стена позади меня стала прозрачной. Как оказалось, это и было панорамное окно во всю высоту и ширину палаты, а еще заметила очертания раздвижной двери. За стеклом была та же самая смотровая площадка, опоясывающая этот этаж медицинского корпуса. Я поднялась, подошла к окну и припала лбом к стеклу. За ним все еще был тот самый восхитительный вид зеленой гористой местности и еще одна часть города. Эйрук – так они его называли.

После долгого молчания, наблюдения и размышления недружелюбие уступило снисхождению. Все-таки нужно было признать окончательно, что я не потеряла рассудок, и все это не чудовищная галлюцинация. Я была там, где мне и указывали, даже если это было не так безобидно, как они утверждали, а значит, нужно приспосабливаться и не усложнять себе жизнь.