Исповедь грешницы, или Двое на краю бездны

 – Ты приняла решение? Надо же, а когда-то ты говорила мне о том, что мы с тобой никогда не расстанемся.

– Понимаешь, Витьку жалко.

– Витьку, говоришь, жалко?! – Роман моментально изменился в лице, и его подбородок слегка затрясся.

– Жалко. Мне кажется, что он о чем-то догадывается. Просто мне ничего не говорит.

– А меня тебе не жалко?

– У тебя есть Лена, а у Витьки, кроме меня, никого нет.

– Если у тебя есть Витька, а у меня Ленка, тогда какого черта мы вообще начали наши отношения?

– Это было против природы и реальности.

Какой-то вихрь страстей. Мы не могли ему противостоять.

– А сейчас? Сейчас этот вихрь страстей закончился? Быстро же у тебя все проходит. Подуло… Задуло… И нет ничего. Так?

– Нет, не так. Ничего у меня не задуло, а, наоборот, еще больше раздуло.

– Что-то я этого не замечаю. Почему же ты тогда расстаться хочешь?

– Потому, что больше так продолжаться не может. Давай попытаемся это пережить вместе. Давай ты поможешь мне, а я тебе.

– Я не «скорая помощь». В общем, ты решила остаться с мужем?

Мне показалось, что еще немного, и он даст мне пощечину.

– Решила, – с трудом выдавила я из себя и проглотила слезы.

– Тогда желаю тебе счастливой семейной жизни!

Роман повернулся ко мне спиной и пошел к отелю. Я смахнула слезы и крикнула ему вслед:

– Рома!

Он тут же остановился и посмотрел на меня взглядом, полным надежды. Его глаза блестели, а это значит, что в них тоже стояли слезы.

– Я по поводу турка. Если вдруг нас зацепит полиция, то мы до последнего идем в отказ.

Мы ничего не видели и ничего не слышали! И не вздумай улетать раньше времени. Это будет слишком подозрительно.

Роман усмехнулся и процедил сквозь зубы:

– Да пошла ты… Я думал, ты хочешь сказать что-то другое… Я действительно тебе верил и думал, что ты меня любишь…

Я смотрела вслед уходящей фигуре и вытирала глаза, которые просто заливались слезами. Одному богу известно, как мне хотелось все бросить, побежать следом за ним, броситься ему на шею и кричать во все горло, пока у меня не дрогнет, а затем и вовсе не сорвется голос: «Я люблю тебя! Я люблю тебя! Господи, как я тебя люблю!»

Я жалкая, ничтожная дрянь, которая в силу своей трусости принадлежит к типу тех женщин, которые годами уходят от мужа.

Я боюсь что-то менять. Я боюсь поставить на карту все во имя любви. Я боюсь сказать мужу правду. Я очень боюсь. До дурноты, до потери сознания, до темноты в глазах… Я боюсь… Я привыкла ко лжи. Как же к ней быстро привыкают.