Идущая по трупам, или Я нужна вам именно такая!

Но как же губит грибников незнание, неосторожность и алчность! Лишь бы набрать полную корзину, а чего – неважно. Только бы с верхом было! Чтобы другие завидовали! Вот и доходился!

У меня не хватило духу это сделать. Испугалась. Вдруг он заорет, позовет на помощь, выскочит из квартиры, его спасут. А кто мог приготовить такой супчик, ясно как божий день! Тогда мне крышка. Я украдкой посмотрела на себя в зеркало. Хороша чертовка! Вырез на платье прямо до пупа. Из ванной послышались шаги. Накупался. Пошпарил одеваться.

Я включила легкую музыку и взглянула на часы. 20.00. Выглянула в окно. Через пару часов должен приехать Славик. На Поклонке народу жуть.

– Кого выглядываешь, милая?

От неожиданности у меня в глазах потемнело.

– Да смотрю, сколько народу сегодня. У нас самый красивый вид из окна.

– Нет, дорогая, не самый. Если ты во всем будешь меня слушаться и делать все, как я хочу, то скоро ты сможешь подойти к окну и увидеть Кремль. И даже купола храма.

Мы сели за стол. Мне не нравился взгляд мужа.

Очень настороженный, как будто он обо всем догадывается. Рюмка с клофелином стояла в баре. Ее нужно дать после десяти. Юра достал бутылку красного французского вина и поставил на стол пару бокалов.

– Зачем, на столе уже стоят бокалы? – не поняла я.

– Яночка, сегодня мы будем пить из моих бокалов и из моих бутылок. Нужно время, чтобы я начал доверять тебе снова. Ты слишком плохо себя вела.

От таких слов у меня мурашки пробежали по коже.

– Тогда и гуся фаршированного не ешь.

 – Я сделала обиженное лицо. – Что ж, теперь ко мне совсем доверия никакого?! Сам говорил, что я сопливая дурочка.

– Да, это так, но иногда у тебя глаза, как у дьяволицы. Сегодня все будет по-моему.

– Хорошо, как скажешь. Наливай. Я тебе доверяю. Только что делать с гусем? Вдруг я его взрывчаткой нафаршировала? С едой у тебя как, свою приволок? – Я обиженно надула губки.

– Ты слишком утрируешь. Гуся я буду есть твоего. Накладывай. Если там взрывчатка, то взлетим вместе.

Он разлил вино по бокалам. Я искусственно улыбнулась и со словами: «За примирение» осушила бокал до дна. После чего принялась за еду. Но гусь совершенно не хотел усваиваться. Даже при всех его вкусовых качествах он вставал поперек горла. Глядя то на часы, то на супруга, я боялась подавиться. После трех бокалов я немного опьянела. Да и у мужа взгляд подобрел.

– Ну что, может, развлечемся! Я хочу, чтобы ты надела новый костюм от Армани, цвета свежей крови.