Потерянная душа. Том 2

– Да, вода,– усмехнулся Марк.– А голубое сияние создают очищающие кристаллы.

– М-м, было бы странно, если бы под нами был жилой этаж,– засмеялась я.

Я присела и, аккуратно расправив подол платья, взглянула за полупрозрачное ажурное ограждение крыши. Вид сверху впечатлял! Я еще не бывала так высоко на открытой площадке. Наверное, это был какой-нибудь двухсотый этаж. Но воздух был мягкий, ни ветра, ни шума. Дух захватывало от волнующего смешения физических ощущений и эмоций. А затем оглянулась на Марка, он молчал все то время, что я заворожено рассматривала Эйрук, и не робея задержалась взглядом на его лице.

Марк любовался мной и проявлял непозволительную для тэсанийских мужчин откровенность. Это почти смущало, но воодушевление от происходящего придавало смелости. На меня смотрели живые глаза, в которых читались все знакомые эмоции. В его голосе не укрылись нотки искреннего интереса. Он и не старался скрыть, что флиртует со мной. А я не прятала свою симпатию и принимала его внимание. Меня тронуло его теплое почти невинное прикосновение: на грани откровения и робости тайно влюбленного.

Нравилось, что с ним не надо притворяться и сдерживать естественные эмоции.

– Итак,– я сложила пальцы в замок, чтобы подпереть подбородок,– ты просветишь меня? По-моему, ты единственный, кто может сделать это без оглядки на суровые тэсанийские правила.

Я сопроводила вопрос притворно-нахмурившейся мордашкой, не скрывая своего протеста устоям их общества.

Не отводя глаз от меня, Марк протянул руку к высоким спиральным свечам и сделал движение пальцами, напоминающее щелчок зажигалкой, и в тот же момент на концах свеч загорелись голубые огоньки.

Они были, как натуральные, но не живым пламенем.

– Это голография,– пояснил Марк.

– Конечно, я и не дома,– вполне удовлетворенная и таким эффектом, ответила я.

– Если не возражаешь, я сделаю заказ для нас обоих?– когда я согласно кивнула, Марк, выполняя нехитрые манипуляции с интерактивным меню, продолжил:– Какая именно ситуация вызывает у тебя категоричное мнение, что чувства на Тэсании под запретом?

– Я запуталась,– весело начала я.

– Гиэ рассказывал, и другие неоднократно повторяли, что проявления симпатии и чувств запрещены.

Марк прищурился и слишком внимательно посмотрел мне в глаза. Чтобы не выдать смущения, я протянула руку к середине стола и осторожно провела подушечками пальцев по нежным лепесткам розовых и белых соцветий, очень напоминающих по форме анютины глазки.