Мадам одиночка, или Укротительница мужчин

Я не бюро по трудоустройству, чтобы твоих подруг трудоустраивать, а тут такие разговоры… Полетишь одна.

Замотав головой, я вытащила из сумочки свой загранпаспорт и протянула моему благодетелю.

– Простите. Я ни от чего не отказываюсь. Я доверяю своей подруге, а если она доверяет вам, значит, все в порядке. Скажите, а куда именно мы летим?

– В Анталию, – нехотя взял мужчина мой паспорт. – Работать будете на курорте в Кемере. Все подробности я уже рассказал Елене.

К концу разговора мы пожали друг другу руки и посмотрели, как Ленкин любовник помахал нам рукой, садясь в свою спортивную машину.

– Прогуляемся, – предложила мне Ленка и взяла меня под руку.

– Прогуляемся.

Мы шли молча. Я неуверенно ступала и чувствовала, что меня начинает тошнить. Меня тошнило от всего: от московского дыма, от шумной улицы, от одиночества, от безденежья и даже от перспективы поработать за рубежом. Я вдруг подумала о том, что, наверно, я лгу сама себе, что сейчас бы отдала все на свете и даже позволила бы укоротить свою жизнь только за то, чтобы сделать ее такой, как раньше… Тихой, размеренной, степенной, стабильной.

Где есть домашний очаг, дети, муж, читающий газету, и я, убирающаяся на кухне… Где так тепло и не чувствуется непогоды… Где не надо думать о деньгах, потому что о них думает муж… Где каждый день такие однообразные, но такие родные семейные будни…

Я поморщилась. Я поняла, что ничего этого больше не будет. В мою жизнь ничего не вернется. Ничего. Ни слово «семья», ни «семейный очаг», ни «домашний уют», потому что все разрушено до основания и уже ничего невозможно собрать.

Я всегда ощущала исключительность своей судьбы и была благодарна ей за то, что она относилась ко мне чересчур благосклонно. Слишком раннее удачное замужество с хорошим человеком… Слишком ранние дети…

Слишком счастливая семейная жизнь… А теперь судьба вышвырнула меня из этих счастливых рядов, оставив один на один с собственной бедой и навалившимся горем.

– Свет, ты чего? – донесся до меня Ленкин голос.

– Ничего.

– Качаешься, как пьяная. Тебе плохо?

– Так, средней паршивости.

– Свет, но ведь ты женщина разумная. Я понимаю, ты пережила тяжелый удар, – как-то жестко заговорила подруга, – но на этом ничего не заканчивается. У тебя впереди новая жизнь и новая работа. За неделю тебе нужно привести себя в порядок. Ты же должна хорошо выглядеть.

– Зачем?

– Затем, чтобы с людьми общаться. На тебя же туристы смотреть будут.