Мой грех, или История любви и ненависти

Хотела поднять руки, но они повисли, словно плети.

– Чертовщина какая-то, – пробормотала я и закрыла глаза. – Я, наверное, сейчас умру.

– Не говори ерунды. Тебя просто разморило в тёплой воде, да ещё алкоголь с марихуаной сделали своё дело.

– Уж если и умирать, то в джакузи дорогого лимузина с двумя обнажёнными самцами и морем выпивки, – вяло произнесла я и сморщилась; меня замутило ещё больше.

– О чём ты говоришь. Тебе нужно просто вылезти из тёплой воды. Тебя разморило, – сказал Фил и стал вытаскивать меня из ванны.

– Что ты делаешь? – принялась возмущаться я, закрывая грудь руками.

– Ты меня стесняешься, что ли? Ольга, чудная ты.

Когда Филу всё же удалось вытащить меня из джакузи и переложить на диван, я вновь попыталась сфокусироваться на его красивом и мускулистом теле, но из этой затеи ничего не вышло.

– Девочка моя, как же сильно я тебя хочу, – шептал мне на ухо Фил, сжимая мою грудь.

– «Кролик» смотрит…

– Какой «кролик»?

– Тот, который плавает в джакузи.

– Ты про Лёшку, что ли? Да он уже десятый сон видит.

Фил занялся со мной любовью. Я практически ничего не ощущала. Чем больше он меня переворачивал, поднимал и ставил в разные позы, тем меня всё больше и больше мутило. Я закрыла глаза и то впадала в забытьё, то периодически приходила в себя и иногда даже стонала. Только вот стонала я не от удовольствия, а оттого, что у меня появились галлюцинации и временами становилось по-настоящему страшно.

– Вот так, девочка. Вот так. Вот видишь, какая ты хорошая. А ну-ка расставь пошире ножки…

Наконец настал момент, когда я уже ничего не понимала, а перед глазами появились страшные космические монстры. Я отключилась, провалившись в сон, в котором было все темно и сыро.

…Когда я проснулась, в лимузине играла лёгкая музыка. Подняв тяжёлую от тупой боли голову, я увидела, что лежу на пушистом ковре между кресел. Я попыталась вспомнить, что со мной произошло, и залилась алой краской от стыда.

В моей руке был нож, которым мы разрезали дыню, когда пели под караоке. Я недоуменно взглянула на него, заметив, что он испачкан чем-то красным, очень похожим на кровь.

– Что за чертовщина? – Не опуская ножа, я огляделась. На моем обнажённом теле остались синяки после бурных любовных утех, плохо отложившихся в моей памяти.