Одинокая волчица, или Я проткну твое сердце шпилькой

– Ну что смотрите, как два истукана! Я вас ещё раз спрашиваю: где моя подруга?!

– Жора, где Карина?! – занервничал Вова.

– Ну что вы на меня накинулись?! Я же говорю… мы чёрт знает сколько времени занимались сексом. Затем зацепили бутылку шампанского, выпили ещё в каюте и уснули. Всё, больше ничего не было. Проснулся я почему-то один.

– Вспомни, вы закрывали каюту на замок?

– Ничего мы не закрывали. Тут все свои. От кого прятаться? Ребята, а может, она решила искупнуться и утонула?

– Что значит утонула? Моя подруга очень хорошо плавает.

– В любом случае нужно проверить.

Мужчины, не сговариваясь, прыгнули в воду и стали нырять на глубину. Я осталась на яхте и принялась громко кричать:

– Карина! Карина, ты где?!

Поиски Карины продлились до позднего вечера, но так и не увенчались успехом. Я смотрела на её сумочку и отказывалась верить в то, что она пропала. Молодые люди перестали её искать, только когда стало темнеть.

– Ангелина, её нигде нет, – Вова сел рядом со мной и попытался отдышаться. – Мы всё прочесали.

– Плывём к берегу. Нужно сдать яхту.

Когда мы очутились на суше, я взяла Каринину сумку и, смахивая слёзы, вместе с ребятами стала ловить такси.

– А может, на этом свете есть чудо и твоя подруга уже дома? Я, конечно, понимаю, что сказал глупость, но так хочется верить во что-то хорошее, – произнёс Вова и посмотрел на меня взглядом, полным надежды.

– По-твоему, она проснулась, посмотрела на часы, поняла, что пора домой, и решила нас не будить? Чтобы никого не беспокоить, прыгнула в воду, чёрт-те знает сколько плыла до берега и пошла домой голяком?

– Ну почему же…

– Потому что у меня её сумка, в которой ключи от её квартиры, её сарафан и даже её купальник.

Она исчезла в чём мать родила. У меня все её вещи.

– Я всё же думаю, что она прыгнула обнажённой в воду и утонула. Других вариантов нет, – с грустью в голосе произнёс Жорик.

В моих глазах вновь забушевал страх. Что-то в последнее время он меня не отпускает. Это были глаза одинокой женщины с искалеченной душой и разбитым сердцем, которая стала бояться даже собственной тени.

Когда мы поймали такси, я сидела, вжавшись в кресло, держала Вову за руку и плохо отдавала себе отчёт в том, что произошло. Я находилась в шоке и не могла адекватно мыслить и реально соображать.