Окно в душу, или Как мы вместе искали рай

Хотя нет: если я ещё сама себя обслуживаю, значит, всё не так плохо.

– Доктор сказал, эту вакцину опять пробовали на крысе, и крыса вроде как живая.

– Ну, если крыса живая, тогда грех не уколоть лекарство мне. Я уже начинаю привыкать, что на мне проводят эксперименты сразу после какой-нибудь крысы. Знаешь, тогда я начинаю думать, что от моей смерти будет какая-то польза. Глядя на меня, врачи будут понимать, в правильном направлении они двигаются или нет. Благодаря добровольцам, на которых ставят рискованные эксперименты, болезнь можно будет лечить, и люди перестанут умирать.

– Я привезу доктора послезавтра. Мы прилетим на несколько дней. Он тебе её уколет.

– Здорово! Здорово не то, что он её уколет, а то, что ты прилетишь, и я увижу тебя опять.

– Только на несколько дней. Ты же знаешь, работы полно. Да и доктора будут ждать в клинике.

– Прилетай хоть на час. Я буду очень рада. Как мама?

– Сильно переживает. Ты же знаешь, она по-другому не может.

– А Москва как? Я очень по ней скучаю.

– Москва стоит, что с ней станется. Я люблю тебя, сестрёнка. И скажи: ты сейчас какие пьёшь таблетки – синенькие?

– Синенькие. Но их уже не так много.

– Не переживай, привезу. Доктор сказал, с сегодняшнего дня ты должна пить красные. Прибавь их к синим в том же количестве.

– Коль, думаешь, стоит?

– Сестрёнка, мы должны цепляться за любую возможность. Быть может, эта схема хоть немного продлит тебе жизнь.

– Не уверена, что мне нужна именно такая жизнь, как сейчас.

– Не хандри.

– До встречи, мой родной.

После разговора с братом я расплакалась. Не хочу, чтобы он знал, как я страдаю, ведь ему будет очень больно. Вроде бы только проснулась, а уже слабая и уставшая. Брат думает, что мне не страшно умирать. На самом деле очень страшно, ведь каждая минута может оказаться последней. Я сказала Николаю, чтобы он обязательно меня кремировал и рассыпал мой пепел по океану.

Этот вечный страх неизвестности… Страх, потому что есть что терять… Ведь в повседневной жизни ты всегда находишь то, ради чего можно жить.

Если так разобраться, мы умираем с самого рождения. Мы только рождаемся и потом понимаем, что придёт время умереть. Я стала философски смотреть на жизнь: без больших претензий и амбиций. Как-то осело в голове, что нет необходимости кому-то завидовать, что-то доказывать, с кем-то спорить или стремиться к большим приобретениям.