Порочная красота, или Сорви с меня мою маску

Его братки, за самым большим столиком в зале, затихли и жадно смотрели в мою сторону.

– Привет, – громко сказала я в микрофон.

– Привет! – заорали пьяные посетители.

– Я здесь в первый раз, и мне здесь нравится. Решила для вас спеть.

– Давай! – кричали из зала.

– Эта песня посвящается моей подруге, самой красивой женщине на свете, с самым красивым именем Злата. – Я посмотрела на Златку. Она пила виски, и по ее щекам текли слезы. – Не плачь, все будет хорошо, я уверена. Для тебя и твоего друга Кирилла Грачева я пою эту песню.

При упоминании имени Грача зал дружно взорвался аплодисментами. Грач слегка покраснел и присел на стул к браткам. А я запела песню о несчастной любви, ненависти и предательстве. Пела я хорошо, все-таки пять лет солировала в хоре одного из лучших московских вузов, но дальше этого не пошло. Почему? Наверное, потому, что я пою лишь тогда, когда мне этого хочется. Это всего лишь хобби и не более того. В конце песни на меня обрушился шквал аплодисментов, на сцену полетели цветы.

Я подняла букет и хотела направиться к своему столику, но публика продолжала хлопать. Тогда я прижала букет к сердцу и снова запела. Из другого зала вышла парочка музыкантов и стала мне подыгрывать. И тут я почувствовала на себе какой-то неприятный сверлящий взгляд, он обжигал меня так сильно, что меня бросило в жар. Я взглянула в зал, но никого не заметила. И вдруг я разглядела человека, стоящего за шторой. Я увидела, что в руке он держит пистолет.

– Нет! Нет! Нет! – закричала я что было силы и бросилась прочь со сцены, отшвырнув микрофон.

Я плюхнулась на стул рядом с Златкой и заревела. Через пять минут за нашим столиком сидела целая куча братков, пытавшихся меня успокоить.

– Он здесь, он в зале, у него пистолет, – рыдала я.

– Кто? – перепугался Грач.

– Тот, из леса. Он стоит за шторой.

Несколько братков кинулись за штору, но там никого не было.

– Мои ребята обыскали весь клуб и никого не нашли, а пистолет сюда тем более нельзя пронести. И покинуть это заведение никто не смог бы – на входе стоят мои люди.

– Значит, он по-прежнему где-то здесь. Ищите!

– Да ищем мы, ищем, – обиделся Грач. – Только кого искать, если уже весь клуб кверху дном перевернули? Это мой клуб, понимаешь, и за всю историю его существования ни один человек не смог пронести сюда оружие. Это нервы, вы вчера слишком много пережили, тебе померещилось.

– Я что, похожа на идиотку, которой мерещится?

Грач налил мне виски.

– Выпей, поможет.