Чокнутые тоже умеют любить

Тео быстро спрятался под столом.

Шаги и голос становились всё громче. Отец вошёл в кабинет. Сердце парня забилось в бешеном ритме, когда начищенные ботинки остановились в нескольких сантиметрах от стола. Тео боялся даже дышать, пытаясь не выдать своё присутствие. Спустя несколько минут юноша попытался сосредоточиться на словах отца, который ходил по комнате, кому-то возражая и активно жестикулируя. Было понятно, что решался довольно серьёзный вопрос. Голоса собеседника в трубке почти не было слышно.

– Он заплатил нам за содержание его дочери! С какой стати я должен отдавать вам её?! Деньги? И деньги вы планируете забрать?! – отец был очень зол и взволнован.

– Да, я знаю, что он делает! Но я могу усилить охрану, и этого больше никогда не повторится! Давайте договоримся? Я дам вам ровно половину того, что вы получите за её содержание. Только подумайте! Я готов сразу заплатить ту сумму, которую вам перечислят после тридцати лет её пребывания у вас!

И вдруг Тео удалось разобрать несколько слов, сказанных на другом конце провода:

– Простите, но разговор окончен.

Мы приедем за Эллисон Блэйк завтра утром, – раздался еле слышный голос абонента, после чего послышались протяжные гудки.

До последних секунд разговор был абсолютно безразличен Тео. Но услышав слова «Эллисон Блэйк», парень вздрогнул, чуть не выдав себя.

Отец в ярости швырнул телефон на пол. Ещё несколько минут он метался по комнате, широко размахивая руками и проклиная конкурентов.

Одной из причин того, что Эллисон переводят, был именно Тео. Похоже, кто-то за стенами больницы узнал о его проделках.

Тео сидел под столом, опёршись спиной об одну из резных ножек. Он никак не ожидал того, что Эллис перевезут в другое место. Вскоре, достаточно накричавшись и разбив несколько ценных вещиц, швырнув их о стену, сломав всё то, что попалось под руку, отец кинул взгляд под стол.

Затем он взял бутылку виски и сделал глоток прямо из горла.

Был ли владелец клиники ярым алкоголиком? На самом деле, пил он довольно редко. Коллекцию дорогостоящих эксклюзивных напитков держал скорее для того, чтобы хвастать перед нечастыми гостями.

– Ты же здесь! Не так ли?! Опять дурачишь меня, как старика! Так выходи! Покажись! Монстр, выходи! Я ненавижу тебя! – кричал отец. – Ненавижу!

Тео сидел на полу, сжимая кулаки.