Сладости ада, или Роман обманутой женщины

Этого я не могла рассказать Дарье, потому что это было нашей маленькой семейной тайной, которую я не хотела выносить на суд других людей.

– Ты в этом уверена?

– В чем?

– В том, что американцу в жизни твоей мамы не было места.

– На все двести процентов. Своими подозрениями ты даже как-то оскорбляешь любовь моих родителей. Моя мама – правильная, порядочная женщина, для которой существовал только один мужчина – мой папа.

– Извини. Я ни в коем случае не хотела тебя обидеть. Просто очень жаль…

– Почему жаль-то? Что у меня любящие мать и отец? Правда, папы уже два года как нет на этом свете, но для мамы он всегда будет жив, и она любит его, как прежде.

– Жаль, что ты не можешь оттяпать хотя бы маленький кусочек наследства.

– Ой, Даша, не говори ерунды! Каким боком я могу оттяпать то, к чему не имею отношения?

– Но она-то, Вероника эта, хоть поверила, что ты не звонила ей с угрозами и не писала никаких писем?

– Мне кажется, это не очень ее волновало. Она собралась в Турцию, а все остальное ее мало интересует.

Дарья вздохнула и нервно забила пальцами по крышке стола.

– И что ты решила?

– Я решила, что Вероника сумасшедшая. Мы с ней не настолько похожи, чтобы я могла выдавать себя за нее. Если ее тетя заподозрит неладное, ты только представь, что будет тогда… И вообще, пусть она знает, что если она и купила Игоря, то это вовсе не значит, что она может купить меня тоже.

– Браво! – захлопала в ладоши Даша. – Красиво сказано! Но совсем не актуально для нашего времени.

Твоя речь впечатлила бы кого угодно, но только в советские времена, а сейчас она кажется какой-то бестолковой и даже, если хочешь знать, глупой. Кому и что ты хочешь доказать, как ты говоришь, своей непродажностью?

– Я никому и ничего не хочу доказывать. Эта девушка увела у меня моего любимого человека. В конце концов, она причинила мне сильную душевную боль, а теперь она хочет, чтобы я сделала ей одолжение. Да что она вообще о себе возомнила?! Она считает, что может врываться в чужую жизнь и играть судьбами людей так, как ей хочется? Черта с два!

– Люся, во-первых, она у тебя никого не уводила.

Мужик по своей природе кобель, но против воли его никто и никуда не уведет. Он уводится сам, по-своему собственному желанию. Так вот, если он дает себя увести, то грош цена такому мужику. Пусть катится ко всем чертям! А во-вторых, не каждый раз тебе предлагают машину за две недели лежания на диване под видом больной девушки. Это же не в шахте уголь таскать.