Согрей меня, или Научи меня прощать

– А вы думаете, может быть по-другому?

– Да я уже не знаю, что и думать…

– Я думаю, все обойдется. Я постоянно попадаю в подобные передряги.

– Вы хотите сказать, что мне нечего беспокоиться?

– Я хочу сказать, что вам лучше всего откинуться на спинку кресла, закрыть глаза и попытаться уснуть.

– Вы шутите?

– Мне кажется, что сейчас самая неподходящая ситуация для шуток.

– Разве в такой ситуации возможно уснуть?

– И все же стоит попробовать.

Но вскоре самолет стало кидать в стороны с такой чудовищной силой, что люди уже с трудом оставались сидеть на местах.

В динамике переговорного устройства раздался озадаченный голос пилота, который еще раз известил всех о том, что самолет попал в неблагоприятную зону и что для того, чтобы избежать каких-нибудь травм, лучшего всего нагнуться, прижать голову к коленям и по возможности обхватить ее руками. Затем на смену мужскому голосу пришел возбужденный голос бортпроводницы, которая повторила те же инструкции и попросила их выполнить незамедлительно. Но она попыталась успокоить совсем запаниковавших пассажиров обещанием, что скоро мы выйдем из неблагоприятной зоны и все закончится.

Положив голову на колени, я услышала чьи-то отчаянные, истеричные крики, смешанные с рыданиями, и с трудом удержала себя от того, чтобы не поддаться общей панике.

– Вас кто-нибудь ждет?! – не знаю зачем, крикнула я сидящему рядом мужчине.

– Да! А вас?! – тоже прокричал он.

– Меня тоже ждут!

– Это же здорово, что там, на земле, кому-то есть до нас дело!

– Как вы думаете, нас с вами дождутся?

– Думаю, да.

Слегка приподняв голову, я вытерла пот со лба и почувствовала, как меня замутило.

– Знаете, я так хотела напиться перед полетом, но не успела. Было слишком много дел. Чуть не опоздала в аэропорт. Забежала в зал регистрации, а уже посадка идет. Я всегда снимаю свой страх алкоголем. Перед тем как куда-нибудь лететь, обязательно хорошенько принимаю на грудь. Между прочим, очень даже удобно: выпила, села в кресло и сразу спать.

Даже взлет не ощущаю. Просыпаюсь только тогда, когда произошла посадка. Страха как не бывало. А вообще я не пью. Только когда на самолетах летаю.

– Действительно. Хороший повод для того, чтобы выпить.

Сосед поднял голову. Его лицо было мертвенно-бледным, а из глаз уже исчезла былая надежда.

В них были безысходность и даже какая-то обреченность.

– А ведь я хорошо выпил. Я специально хорошо выпил.

– Значит, вам должно быть легче, чем мне.