С пляжа к алтарю, или Танго курортной страсти

Вот увидишь.

В этот момент в купе проводников заглянула напарница Надежды и с беспокойством сказала:

– Надя, а ты чего сидишь-то? Скоро Симферополь. Дел полно.

– Да тут девушку ограбили.

– Пусть в милицию обращается. Внимательнее нужно быть. Это же поезд как-никак, нельзя терять бдительность.

Я тихо всхлипнула и, пробормотав: «Извините», направилась в свое купе.

Глава 2

Поезд остановился. Симферополь. Я с тоской наблюдала за выходящими на перрон пассажирами. Люди толкались, суетились, вытаскивая громоздкие вещи и подгоняя детей.

Как только вагон опустел, ко мне в купе заглянула проводница Надежда.

– Приехали, дорогая. Выходи.

– Одну минуточку, Надя. У меня к вам просьба. Вы, пожалуйста, не говорите никому, что меня изнасиловали. Я не хочу, чтобы об этом кто-нибудь знал. Вы меня понимаете?

– А кому я скажу? У нас же с тобой общих знакомых нет, – удивилась моей просьбе проводница. – Я же не собираюсь выйти на улицу и кричать, что над тобой надругались.

– Да мало ли, хотя бы милиции.

Ведь, возможно, вас тоже допрашивать будут.

– Ты все-таки решила написать заявление?

– А куда мне деваться? Хотя я прекрасно понимаю, что никто никого не найдет, но все-таки, чем черт не шутит… Ведь у меня ни копейки нет. Сволочь грабитель ничего не оставил.

Проводница полезла в карман и протянула мне сто рублей.

– На, возьми. Я, конечно, понимаю, что это не деньги, но, извини, больше дать не могу. Поменяешь на гривны, хоть попить себе купишь. Здесь такая жара стоит, караул.

– Спасибо.

Я вышла из вагона, оглянулась и, увидев неподалеку милиционера, подошла к нему.

– Здравствуйте, я только что приехала на московском поезде. Меня ограбили…

В отделении я провела целую вечность. Написала заявление, пыталась вспомнить, как выглядел грабитель, и подробно рассказывала, как произошло наше с ним знакомство. Я перебрала все предложенные мне фотографии подозреваемых и почувствовала полнейшее разочарование – ни на одном из снимков не было человека, хотя бы отдаленно похожего на Николая.

Один молоденький милиционер кидал на меня самые недвусмысленные взгляды, словно давал понять, что он совершенно не против продолжить наш разговор где-нибудь за территорией отделения милиции. Я старалась не обращать внимания на его хамское поведение и ощущала напряжение: видимо, так на меня влияла окружающая обстановка. Мне хотелось как можно быстрее покинуть стены этого мрачного заведения, выйти на улицу и вдохнуть воздух полной грудью.