Сумасбродка, или Пикник для лишнего мужа

Смогу ли я признаться Глебу в том, что я замужем? Если смогу, то как он отреагирует на мое признание? Ударит по лицу, простит или бросит?

Случайно посмотрев на часы, я с ужасом поняла, что этот злополучный пикник подходит к концу. Скоро начнет темнеть. Мой муж, к моему глубокому сожалению, пребывает в полном здравии и, по всей вероятности, переживет меня. С него как с гуся вода, а я от общения с ним попаду в психиатрическую больницу. Будь проклят тот день, когда я согласилась выйти за него замуж.

Девчонки из нашего городка до сих пор завидуют мне. Максим считался перспективным женихом: высокий, красивый, в любой компании сразу становится заметным. Только все это оказалось ширмой, за которой скрывалась пустота...

Мне захотелось кричать на весь лес. Я закрыла глаза и прислонилась к дереву. Пошел он к черту!!! Завтра же первым поездом уеду в Москву и расскажу все Глебу. Если он меня по-настоящему любит, то поймет и примет такой, какая я есть.

Если же он меня бросит... Нет, только не это! Про это не хочется думать. Он не посмеет, не сможет... Как же тогда лимузин и красивая жизнь?..

Глава 2

– Дашка, где тебя черти носят? – услышала я звонкий голос за спиной и моментально открыла глаза.

Рядом со мной стояла Верка и смотрела на меня полупьяным взглядом.

– Что-то мне муторно, – тихо сказала я и поправила мокрые волосы.

– Ты что, купалась, что ли?

– Просто намочила голову.

– Зачем?

– Нервы и коньяк на голодный желудок дали соответствующий результат.

– Закусывать надо было.

– Чем?

– Шашлыком из мужа, – язвительно произнесла Верка и глубоко затянулась сигаретой.

– Где там Макс?

– Шашлык наяривает, что с ним будет? Поесть он у тебя не дурак, особенно когда на халяву. Ведь мясо мы с Кириллом покупали, коньяк тоже. А этот идиот хоть бы хлеба принес.

Сразу видно – привык за чужой счет жить.

– А я и не спорю. С самого начала я знала одно: что мы никогда не сможем осуществить то, что задумали. Можно устраивать такие пикники хоть каждый день. Кормить этого тунеядца, поить, он будет жрать в свое удовольствие, но дальше этого дело не продвинется. Никто не сможет поднять на него руку! Потому что мы не убийцы и никогда не станем ими.