Укротительница мужчин, или Хищница

Звонок стоит денег, а вы еще ничего не заработали.

– Тогда дай в кредит.

– Никаких кредитов я не даю.

Я дрожащей рукой достала из припасенных денег, спрятанных в лифчике, десятидолларовую купюру и протянула ее Ленке.

– На. Дай ему. Пусть он даст тебе телефон. Наверно, произошла какая-то ошибка.

– Конечно, ошибка. Не переживай. Сейчас мы все уладим.

Ленка протянула купюру Экраму, а тот протянул ей телефонную трубку.

– Только недолго. На десять долларов много не наговоришь.

– Я быстро. Я передам трубку тебе, и Владимир сам все тебе скажет.

Набрав номер Владимира, Ленка тихонько всхлипнула и заголосила:

– Вов, привет. Это Лена. Это та Лена, которую ты отправил в Турцию на заработки. Знаешь, у меня здесь неприятности. Экрам привез нас в горы и заставляет заниматься проституцией. Произошла какая-то путаница.

Ты ему, пожалуйста, сам скажи, что он нас с кем-то перепутал, что мы приехали работать гидами.

Но в этот момент Ленка изменилась в лице и закричала что было сил:

– Але! Але! Связь прервалась. Можно я еще раз наберу?

– Еще один раз.

На другом конце провода бесстрастный голос ответил, что абонент недоступен.

Ленка протянула трубку Экраму и посмотрела на меня ничего не понимающими глазами.

– Лен, что такое?

– Представляешь, он меня не узнал.

– Как это не узнал?

– Он сказал, что он никакую Лену не знает и вообще никого в Турцию не отправлял.

Ленка вновь посмотрела на Экрама и произнесла еще раз, по всей вероятности, сама не веря собственным словам:

– Там что-то со связью. Экрам, а ты не знаешь номер его городского телефона, а то с мобильным какой-то непорядок? У нас мобильная связь очень плохая. Некачественная, понимаешь?! Компаний полно развелось, а качества никакого нет.

– Я не знаю номер городского телефона Владимира, потому что он никогда не отключает свой мобильный и по нему можно дозвониться в любое время суток.

Ленка закрыла лицо руками и тихонько всхлипнула.

– Свет, я не понимаю, что здесь происходит. Что происходит-то?! Ты же видела Владимира… Ты же тоже с ним общалась… Ты же знаешь, что он не мог. Он не мог…

Но ты же сама его видела. Я знаю Владимира много лет.