Я то, что надо, или Тебе не избежать моего плена

Наверное, Тим должен был родиться дворняжкой, но там, в небесной канцелярии, что-то напутали и поместили его в физическое тело человека. А зря.

– Я хочу взять ипотеку, – однажды сообщила я ему, с отвращением наблюдая, как он вместе с отцом приговаривает бутылочку на двоих, отмечая субботу.

Меня страшно раздражала отмазка насчет субботы. Какая ему разница – суббота или воскресенье, будто он решил расслабиться после трудовых будней. Этих самых будней у него сроду не было, поскольку не работал ни разу толком.

– Бери, – безразлично ответил Тим и хлопнул рюмочку.

– Ты хоть понимаешь, что это такое?

– Она квартиру отдельную хочет взять, – на всякий случай пояснил этому придурку отец.

– Круто! – хмыкнул Тим, потянувшись за малосольным огурцом.

– Лера, конечно, молодец. Хваткая, – похвалил меня отец Тима. – Повезло тебе, сынок, с женой. Знал, на какую лошадку ставить. Лер, хочешь вместе с нами выпить рюмочку за эту… Как там эта хреновина называется?

– Эта хреновина называется ипотека, – раздражённо отозвалась я.

 – За эту так называемую хреновину мне придётся пахать чёрт знает сколько лет. Если ваш драгоценный сынок не будет помогать, мне будет очень и очень тяжко.

– А кто сказал, что я тебе не помогаю. Я помогаю, – как полоумный захихикал Тим. – Я – твоя моральная составляющая. Это кажется, что я для тебя ничего не делаю, а по правде я делаю всё. Я же люблю тебя, а это, между прочим, охренеть как много. На меня вон как девки западают, а я выбрал тебя.

Лерка, то, что у нас будет своя квартира, это, конечно, очень круто, но если что, ты себя не рви. Мне и у бати неплохо. Всегда есть компания.

– А мне у твоего бати плохо, – в сердцах произнесла я и покосилась на отца Тима.

– Спаиваете вы сына. Ещё как спаиваете. Вы что, не понимаете этого?

– Ты, Лера, глупости-то не говори. Мы, как любые нормальные мужики, можем вечером позволить себе выпить. Тоже мне, нашла алкоголиков.

Любому нормальному мужику необходимо расслабиться.

– Расслабиться от чего?

– От скотской жизни, которая давит со страшной силой.

– Не знаю, как насчёт скотской жизни, но ваш сынок живёт в своё удовольствие и расслабляется от безделья, а не от чего-то другого.

– Ты, Лерка, шибко умная стала, – заступился отец за сына. – Думаешь, на работу вышла, и тебе всё можно? Выбрала Тимоху, терпи и с достоинством неси свой пожизненный крест.