Замуж за иностранца, или Русские жены за рубежом

Хенк вышел следом за мной, задержавшись в душе всего минуту, наглядно показывая мне тем самым, что время, проведенное в ванной комнате, дорого стоит.

– Ты хочешь есть?

– Я бы вообще-то не отказалась, – честно призналась я Хенку.

– Тогда поехали в магазин, потому что завтра воскресенье и магазины вообще не работают.

– Что, у вас по воскресеньям магазины не работают?

– Нет.

– А если нужно срочно что-то купить?

– Необходимо подождать до понедельника, – с прежней невозмутимостью ответил Хенк и принялся одеваться.

Как только мы с Хенком оделись, он подошел ко мне ближе, бережно притянул к себе и поцеловал в губы.

– Спасибо за секс. Это было великолепно.

– Занимаясь любовью, ты постоянно говорил «Рия!» Что бы это значило? – не могла не поинтересоваться я.

– Рия – это моя покойная жена.

– Покойная жена???

– Извини, что я назвал тебя ее именем. Просто я почувствовал к тебе такой прилив нежности, который чувствовал только к ней.

Этот ответ меня вполне удовлетворил, и я вспомнила о том, что и в самом деле в своих письмах Хенк писал мне о том, что его покойную жену звали Рия.

Как же я сразу об этом не вспомнила! Она умерла три года назад. Хенк рассказывал мне о том, как сильно ее любил, как благотворил и благодарил ее за сына, как не мог на нее надышаться, как никогда ей не изменял и считал ее самой лучшей женщиной в своей жизни. Только вот я так и не поинтересовалась, от чего именно она умерла. Как-то неудобно было спрашивать, честное слово. Все-таки у человека такая трагедия…

– Ты не злишься на меня за то, что я назвал тебя ее именем? – Хенк ласково гладил меня по голове.

– Нет. Это же твоя любимая женщина.

– У меня никого не было с тех пор, как ее не стало, – трогательно произнес Хенк.

– У тебя не было ни с кем секса?

– Нет.

«Что-то не похоже», – усмехнулась про себя я. Я подумала, что после трехлетнего воздержания Хенк должен был бы затрахать меня чуть ли не до смерти и не выпускать из своих объятий еще несколько суток.

– А от чего умерла Рия? – не ожидая от себя подобной смелости, спросила я.

– Она оступилась и упала с лестницы.

– Где?

– Здесь.

Хенк махнул рукой в сторону лестницы и побледнел. Видимо, этот разговор совсем не приводил его в восторг.

– Она разбилась.

Мне хотелось задать еще несколько вопросов, но Хенк, словно почувствовал мои намерения и сразу отрезал:

– Я не хочу говорить на эту тему. Мне очень больно.