Багровый папоротник

Заламываю руки и тяжело вздыхаю, раздраженно закатив глаза.

Почему-то каждый посчитал нужным сочувственно посмотреть на меня, будто только что лишилась ноги, а не стала причиной ссоры между двумя неподходящими друг другу людьми! Слово «неподходящими» зацепилось на языке, и начинаю катать его во рту, пробуя на вкус. Скрывать не буду, вкус пришелся по душе.

– Кто попадет в трясину, тот неудачник! – Деймос растягивается в улыбке до ушей.

– Как остроумно. – Суживаю глаза. – Иди уже!

– О-о, какие мы злые! Бутерброда не хватило на завтрак? – ерничает Дей и строит рожицу.

Кривляюсь в ответ, но он уже не видит, уходя вперед за близнецом.

– Так это правда?

Обернувшись, застаю Криса в испытывающей позе со скрещенными руками. Брови хмуро сведены к переносице.

– Можно, пожалуйста, конкретизировать, – фыркаю.

– Не придуривайся! Ты поняла, о чем я.

– И все равно хочу услышать вопрос.

– Ты любишь Феникса? – Брат крепко сжимает мне руку чуть выше локтя и заглядывает в глаза.

Едва вижу лицо, потому что Зои с фонариком ушла, и вновь остаемся вдвоем, отбиваясь от остальных.

– Во-первых, не надо меня хватать, я тебе не игрушка, – рычу и вырываюсь, – а во-вторых, какое тебе дело до моей любви? Я же не лезу в твою личную жизнь, хотя мне есть, что сказать!

– Надо же, – изумляется Крис. – Вот, значит, как заговорила. Ну, так скажи, не стесняйся!

– И скажу! Думаешь, не знаю, что по уши втрескался в пустышку Марго? Слюни пускаешь в подушку и трясешься от ее вида? – толкаю Криса в грудь.

 – Да ты Кайса не выносишь только потому, что она выбрала его, а не тебя!

– Закрой рот и не смей со мной так разговаривать, Роксана, – злобно шипит брат, обжигая щеку дыханием. – Я тебе не подружка. И, если хочешь знать, я не собирался ставить любовь в упрек! Но раз уж пошел такой разговор, то хочу кое-что разъяснить. Во-первых, мне нет никакого дела до Феникса, слишком много чести. А, во-вторых, если считаешь, что твоя жизнь не касается меня, то вот тебе сюрприз – моя жизнь тоже не касается тебя!

Крис задевает плечом и уходит на свет мелькающего впереди фонарика, оставляя совсем одну посреди болота.

Мне вдруг кажется, что тени сгущаются и протягивают длинные вьющиеся щупальца к горлу, сдавливая в болезненных объятиях. Я так давно не ссорилась с Крисом, что разговор застрял комом в горле.

Упрямо вздернув подбородок, хлюпаю по трясине и мысленно корю себя за вспыльчивый нрав.