Девочка №13

Интересно, о чём она думала, взирая на девиц, пришедших в театр ради её парня? Самодовольное: “Вы все о нём мечтаете, а он – мой, мой, мой!!!” Или сочувствующее: “Вот дурочки, знали бы вы какой он на самом деле…” Или что-то ещё?

Когда он появился на сцене и я впервые увидела его так близко, первое чувство, что я испытала было разочарование. “Мелкий, похож на девку – не хочу”, – подумала я.

Странно, ведь и по телевизору было заметно, что не высокий, что похож – так почему же раньше меня это не смущало, а наоборот притягивало?

Его темперамент и эмоциональность, которые когда-то пленили меня, теперь пугали.

Я никогда в жизни не встречала такого нервного человека! Я сидела ссутулившись, скрестив ноги и руки, в надежде, что эта поза хоть немного поможет мне, защитит, спрячет от той надрывной, болезненной, отчаянной энергии, которая исходила от этого худенького бледного мальчишки. Я смотрела на него и понимала, что по-своему он изумителен, уникален, и что раньше я этого не замечала, увлечённая только его симпатичной мордашкой. Но, это открытие застало меня врасплох – я была растеряна, обескуражена и опустошена.

Когда спектакль закончился, я обрадовалась тому, что не принесла ему букет, а значит, мне не нужно сейчас толкаться в очереди за секундой его внимания – лучистый взгляд, сдержанная улыбка, слово “Спасибо!”

Я шла к служебному входу, не спеша, специально позволяя другим добраться до него раньше меня – я не хотела этой встречи, теперь я точно знала, что она не принесёт мне ничего кроме боли и разочарования.

Поэтому обрадовалась, увидев его администратора, стоявшую в сторонке. Я подошла к ней, поговорить – это была ещё одна уловка, чтобы оттянуть момент, когда мне придётся влезть в поле его зрения, чтобы попытаться… А на что собственно я рассчитывала?

Он не был виден в окружившей его толпе девчонок – только знакомый голос, да крашеная прядь волос, иногда мелькающая в просвете плеч и голов, свидетельствовали о том, что он здесь – совсем рядом.

Его администратор сказала мне, что в кафе с нами он не пойдёт: “Очень устал”.

“Чепуха! – подумала я, – Просто подружка ему запретила”.

Минут через пять я заставила себя собраться и постаралась протиснуться к нему, протягивая письмо. Мне не хотелось передавать его – оно состояло из ряда критических замечаний и не очень добрых острот. Он взял из моих рук конверт, решив, что это очередная бумажка, подсунутая для подписи. “Кому подписать?” – спросил он, улыбаясь и впервые в жизни, глядя на меня.