Моя любимая (с)нежность

 – Солара еле заметно улыбнулась и поспешила покинуть комнату.

Лежа в большой деревянной кадке, которая заменяла ванну, целительница обдумывала предстоящую встречу. Она, конечно же, предпочла бы сначала встретиться с родителями и младшей сестрой, побыть с ними хоть несколько дней, а уж потом приступать к своим обязанностям. Но, кажется, князь был совсем другого мнения на этот счет.

– Великий князь Кассиан Райнес, – медленно проговорила девушка, словно пробуя имя на вкус.

Она помнила, как десять лет назад он возглавил княжество после гибели своего отца.

Именно тогда маленькая Солара впервые увидела великого князя и была поражена до самой глубины души его необычной красотой. Ей раньше никогда не доводилось видеть блондинов с черными, как смоль, бровями и ресницами. А его темно-синие глаза, казалось, и вовсе могли пленить душу смотрящего в них.

По легенде, предками князей Райнесских были ледяной эльф и последняя представительница рода полуночных эльфов. И настолько кровь каждого из родов оказалась сильна, что их сыновья и следующие потомки мужского пола рождались с такой необычной внешностью.

Это стало своеобразной визитной карточкой княжеского рода. И лишь дочери могли унаследовать внешность другого родителя и не несли на себе ярко выраженного отпечатка принадлежности к князьям. Из-за этого многие поговаривали, будто полуночная эльфийка применила древнюю магию, таким своеобразным образом благословив своих потомков.

– Да уж, в красоте, силе и магических талантах князьям точно не откажешь, – пробормотала Солара, глубже погружаясь в начавшую остывать воду.

 – Интересно, он обзавелся невестой или так и продолжает избегать брачных уз?

В последний раз, насколько целительница помнила, матушка упомянула князя в своем письме полтора года назад в связи с очередным скандалом в княжеском семействе, когда пятидесятитрехлетний Кассиан вновь категорически отказался жениться. Вернее, скандала как такового и не было. Вдовствующая княгиня не любила выносить сор из избы. Но так как матушка Солары была дружна с княгиней, та, конечно же, пожаловалась ей на упрямого сына.

Решив, раз родительница ничего не писала по этому поводу, значит, все осталось неизменным, Солара наконец вылезла из воды. На то, чтобы одеться и заплести волосы, ей понадобилось еще полчаса. Все же оставаться в неведении, как там ее кучер, целительница не захотела.

– Так и знал, что вы не сможете остаться в комнате, – укорил ее ларр Себиан, как только целительница вышла в коридор.