Черный сектор. Вор

Ужин в этот раз получился не таким уж невыносимым. А всё потому, что Васька думала об охраннике. Интересно, как его зовут? Надолго ли он тут задержится? Вроде отец платит очень хорошо – он сам объяснял, почему, когда учил Ваську управлять домом. В очередной раз учил тому, чего она так и не осилила. Платить нужно хорошо, чтобы в твой дом стояла очередь из первоклассных кандидатов. Тогда можно выбрать, кого угодно, тогда можно требовать, что угодно – и получать. Так что платили наверняка хорошо. Но у людей бывают и другие причины менять работу.

Будет жаль, если он уйдёт, и в доме станет совсем пусто.

Она была так рассеянна, что даже не заметила, как отец перестал говорить. Очнулась от гнетущего молчания. Отец пристально смотрел на Ваську, его глаза щурились, будто он что-то подозревал.

– Что-то случилось? – спросил он обманчиво-спокойным тоном.

– Нет, папа, всё хорошо.

– Значит, я не говорю ничего настолько важного, чтобы слушать? – тут же процедил он.

– Прости.

Скоро выпускные экзамены в АМК-е… я задумалась.

– Чего тебе переживать? Все экзамены я куплю. Как и всегда!

Отец зло бросил вилку и нож, они сердито звякнули о фарфор.

Васька покаянно опустила голову и продолжила думать о своём. Раньше она не размышляла, как выглядит в глазах прислуги. Какое ей дело? А сейчас вдруг взглянула на себя со стороны. Картина ей не понравилась. По дому ходит чт-то инертное и бесхарактерное, и оно больше напоминает домашнее животное, чем человека.

Это… это было больно видеть.

Лицо у Васьки стало очень расстроенным и, видимо, вовремя. Отец остался доволен.

Перед сном Васька хотела снова пройтись и взглянуть на охрану… но не стала. Она такая жалкая. Домашнее животное своего отца…

* * *

С такими мыслями Васька засыпала в тот вечер, с ними же заснула и сейчас, рядом с Зои, так далеко от дома, что сердце радовалось! Да ещё теперь, когда первый ужас от осознания катастрофы прошёл, и всё стало налаживаться.

Было непросто адаптироваться, но Васька смогла. И даже стала думать, что, вероятно, всё к лучшему. Она научилась тому, чему никогда не научилась бы при своём прежнем образе жизни, когда ты и рта открыть не успел, а туда уже суют еду. Научилась стирать свои вещи. Искать пищу и рассчитывать, чтобы её хватило как можно подольше. Научилась обходиться без всего, что придумала цивилизация.

И даже научилась жить, будто бы не было Его. Кажется.