Взрослая колыбельная

И сыскарь этот княжий указал: «не желая такого результата». Не желая, значит?! Вот такой кандибобер? Вот, значит, как! Не верит мой куратор, и сыскарь не верит, что просто обстоятельства так плохо сложились!

– Нет, он не специально меня бросил, просто так получилось, – упрямилась я.

Мой суженый не может быть из тех, кто заманивает девушку, а получив желаемое, бросает. Не может такого быть! Нет, не верю. Наверняка есть логическое объяснение. Ведь мой идеал – смелый, самоотверженный и любящий меня до чертиков красавчик с большими деньгами!

– Это случайность!

– Да, да, э… напомни свое имя?

– Катя.

– Хорошее имя, хорошее, – почти промурчал Грамадий.

– Но что же дальше? Что мне делать? Как жить? Как мне его найти? – воскликнула я. – В ваших бумагах написано, как его найти?

– А нужно ли искать? – подняв глаза к потолку, вопросил Грамадий. – Он же тебя бросил. Прямо скажем, в лесу под кустом.

– Я хочу услышать это от него лично! Не верю, что он специально это сделал.

Просто так получилось. Он же меня не умирать бросил, он меня защитил, так?

– Так, – нехотя признался Грамадий. – Сыскарь решил, – он снова схватился за бумаги, – что инстинкт пересилил и он не смог оставить тебя умирать, потому как иначе страдал бы сам. Может, иссох бы до смерти.

– Бред какой-то.

– Да, да… Вот, кстати, плащик тоже передали. Следствию он больше не нужен, делай с ним что хочешь.

Нагнувшись, Грамадий вытащил из-под стола завязанный холщовый мешок и бросил мне на колени.

Завязан он был на совесть, жесткая веревка царапала пальцы, узел упирался, не желая развязываться, но любопытство превыше всего – я хочу посмотреть, что спасло мне жизнь!

В глаза бросился глубокий коричневый цвет – у нас его называли «темный шоколад». На ощупь ткань похожа на грубую шерсть, а подкладка бежевая и гладкая, окантовка из черной атласной ленты. Теперь достанем, развернем. Ого, он просто огромный!

А если накинуть? Расправить плащ такого размера непросто, но я старательна и терпелива.

Тем более это единственный след, ведущий к тому, кто меня вызвал. К моему суженому. Кстати… Нужно пока как-то его называть. «Пока» – это в смысле, что я не знаю ни имени, ни причины, по которой он меня бросил в лесу. «Суженый» – слишком сложно, да, может, он и не заслужил, если выяснится, что бросил меня специально. «Объект», к примеру, слишком нейтрально, как будто он чемодан, который нужно доставить из точки «А» в точку «Б».