Параллели. Четвертое сияние

– А я и не отниму у вас много времени… – невозмутимо ответила соседка и поправила платок. Она только сейчас заметила девочку.

Лариса Викторовна никогда не могла долго выдерживать эти холодно-синие, сверлящие насквозь глаза. И в этот раз ей снова пришлось отвести свой презрительный взгляд.

– Кирюш, подожди, сейчас пойдем, хорошо? Надо попрощаться! – переговорив с сыном, она повернулась к Павлу. – Все-таки уезжаете, значит…

– Как видите, – Павел кивнул головой.

– Жаль! – женщина приложила руку к груди.

 – Паша, не кривлю душой. Мне, правда, жаль. С другой стороны, может оно и к лучшему…

Павел тяжело вздохнул и сжал губы:

– Нам действительно уже пора. Спасибо на добром слове…

Он только сделал шаг, как Лариса Викторовна поманила его к себе, взмахнув рукой:

– Паш, подойди-ка ко мне ближе. Мне нужно тебе кое-что сказать.

– Обойдемся.

– Пожалуйста, не отказывай мне, – настаивала Лариса Викторовна. И разговор уже принимал тайную окраску.

– Жень, садись в машину… и не подслушивай! – приказал мужчина дочери.

Сам неохотно подошел к соседке.

Девушка села в машину, как велел отец. Но чтобы пропустить их разговор – ни за что! Павел не обрадуется, конечно, что она его ослушалась. Она и сама наверняка пожалеет о том, что не смогла совладать с любопытством. Не важно! Она сконцентрировала свое внимание на двух фигурах, навострила свой слух. И вот уже их губы не просто шевелятся, а слышно каждое слово.

– Что вам еще нужно? – шепотом спросил Павел.

– Паша, хочу извиниться перед тобой.

Искренне… – она приложила руки, укутанные в варежки, к лицу. – Хоть и много времени уже прошло. Мой старший, Володька, и Вера живут счастливо. Ты хоть простил ее?

Павел замешкался, но прежде чем он захотел ответить ей, Лариса Викторовна сама заговорила:

– Я почему спрашиваю сейчас. Ведь вы уезжаете, а с обидами как-то нехорошо расставаться. И Вера до сих пор переживает, я же вижу. Но она никак не решится спросить!

– А вы, значит, решили облегчить ей страдания?

– Не подумай, что я вмешиваюсь в твою жизнь…

– Да, вы вмешиваетесь! – Павел повысил голос, но быстро взял себя в руки.

 – Прошло четыре года. И переживать уже давно не о чем. Так что идите домой, Лариса Викторовна! Я никогда не был на нее в обиде! Можете так и сказать, если ей станет от этого легче. И, раз уж вы все равно ей обо всем донесете, то передайте еще и… мою благодарность.

Женщина улыбнулась и облегченно выдохнула:

– Что ж… я передам.