Хроника смертельного лета

– Вы ничего не слышали необычного ночью или ранним утром? – Сергеев решил проигнорировать незнакомое ему выражение.

– Вроде нет… Здесь прекрасная звукоизоляция… Если б эту девку убивали за стеной кабинета – я бы не услышал.

– А ночью не вставали?

– Ночью – нет. Утром принял ванну. Мне хотелось подумать.

– О чем?

– Да какая вам разница, о чем? О жизни, – огрызнулся Мигель.

– И во сколько вы предавались размышлениям о жизни?

– Не смотрел на часы. Рано. Проснулся, не мог уснуть и пошел освежиться.

Было светло. Но ночи сейчас короткие. Могло быть и пять, и шесть утра. Повалялся в теплой воде с полчаса и пошел снова спать.

– Во сколько вы встали?

– Около одиннадцати. Точнее не могу сказать. Анна постучала в дверь. Умылся, пришел на кухню завтракать.

– Кого вы там застали?

– Анну. Она варила кофе…

– Антон Ланской тоже находился на кухне?

– Нет. Я спросил, где он, и Анна сказала, что он порезался.

– Значит, сами вы не видели? – спросил Сергеев заинтересованно.

– Нет… Потом на кухню притащился Орлов. Без Катрин, – вдруг добавил Мигель с внезапной злобой.

Зубов оторвался от протокола.

– Они все еще были в ссоре?

– Да кто их разберет! Орлов не казался умиротворенным. Дерганый какой-то. Не знаю, что у них там произошло, но, по моему мнению, хороший секс успокоит кого угодно. Они навряд ли помирились. После того, как Орлов ее…

– Что он с ней сделал? – быстро спросил Сергеев.

– Не знаю… Я при этом не присутствовал. Но утром Орлов имел наглость заявить, что у них все нормально.

Именно так он выразился: „Нормально“. Врет, скорей всего. Но если даже и так – надолго ли?

– Вам нравится Екатерина Астахова? – спросил Зубов.

– Не ваше дело, – отрезал испанец.

– Вам не нравится Андрей Орлов? – спросил Сергеев.

– Что значит – не нравится? Мы дружим долгие годы. Но это не значит, что мы всегда одобряем друг друга. По большей части – не одобряем. Между нами не все гладко, но это не мешает нам тесно общаться, даже придает отношениям некую остроту, – ответил Мигель.

 – Это все? Я могу быть свободен?

– Нет, – ответил следователь. – Пока нет. Вы подарили Ланскому на день рождения компакт-диск?

– Да, „Травиату“.

– Чем был продиктован ваш выбор?

Мигель задумался. Стоит ли пытаться им объяснить? А собственно, почему бы и нет?

– Анна, жена Антона, танцевала в Ла Скала в две тысячи седьмом. Это именно та постановка, я знаю, ВВС снимали телеверсию.