Мнелмонд

Алевад все время смешил. Хороший фитнес, чувствую как растут кубики на животе. Я наслаждалась видом сверху, видом наверху. Воздухом. Компанией Алевада.

Казалось, что все за меня: погода чудесная, яркие лучи солнышка

улыбались из облаков. И вот мечтательна девочка спустилась с небес на землю. Но сказка не закончилась, мы бежали по поляне, взявшись за руки. Падали в цветочную рощу. Смеялись и дурачились. Сдали всевозможные беговые нормативы, но усталости не чувствовалось. Наоборот, чем интенсивнее двигались, тем больше появлялось энергии.

Прибежали к озеру, которое манило красотами из воздушного шара. Никогда не видела такой кристально чистой воды. Даже на море. Каждая капелька нежно переливалась на солнышке.

Алевад подхватил меня на руки:

– Ты готова?

– О нет, снова, что ты задумал?

Мы стояли у края обрыва. Он был не слишком высокий, но от самого вида сердце начало биться сильнее.

– Алевад. Ты что, я не буду прыгать вниз. Кто его знает, что там на дне.

– Там ничего нет, вода прозрачная.

– Все равно. Я боюсь.

– Ты мне веришь?

– В теории.

– Тогда…

– Аааааааа, – вырвался дикий душераздирающий крик.

Он прыгнул вниз держа на руках мое обомлевшее тело. Мир сошел с ума. Никогда в жизни не творила такие сумасшедшие вещи. Но с Алевадом чувство самосохранения атрофировалось.

– Сумасшедший, вот выберемся на сушу: убью, прибью, зашибу, пришибу. Сниму свое мокрое платье и отхлестаю им тебя.

– Ммм, сцены с обнажением.

– Ну засранец, иди сюда.

Мы начали дурачиться в воде, как дети малые.

Вот это класс.

– Моя одежда вся мокрая, мятая, покалеченная жизнью, как я пойду домой?

– Посмотри, на небе светит солнышко.

– Ладно, одежда. А внешний вид, как я могу так показаться в городе?

– Ты прекрасно выглядишь.

– Ах ты, льстец.

Алевад снова взял меня на руки и стал кружить в воде, как куклу. Но мне это нравилось. И так же на руках вынес на сушу.

Позволяйте себе возвращаться в детство, в этом нет ничего плохого и предосудительного.

Это чудесно, ведь дети счастливые. Не нужно постоянно переживать, что о тебе подумают другие, кто осудит. Ну и пусть. Ну что ж поделать, если кто-то возомнил себя настолько святым, чтобы судить. Каким образом тебя должно затрагивать мнение совершенно постороннего серого человека? Отказывать себе в чем-то из-за людей, которые не играют в твоей жизни никакой роли. И все равно все они в глубине души умирают от зависти к тебе. Потому что сами так делать не могут.