Тёмный

Но, пересилив себя, он протянул руку и позвонил в ближайшую к квартире Константина дверь.

Тишина.

Герман облегченно вздохнул и перевел взгляд на вторую дверь. Снова позвонил. Снова тишина.

«Время-то какое, – подумал он, – на работе люди еще, конечно».

Как только он развернулся к лестнице и собрался уже было уходить, за одной из дверей раздался шум.

– Кто там? – донесся низкий мужской голос.

Герман прокашлялся.

– Соседи! Откройте, пожалуйста! – И добавил для надежности: – На минуточку.

Дверь открыл немолодой мужчина.

Его колкие глазки тут же принялись изучать Германа. Лысоватая макушка слегка поблескивала.

– Понимаете, – начал Герман сбивчиво, – я родственник Константина, вашего соседа вон из той квартиры, – и Герман рукой указал на опечатанную дверь, – приехал, а тут вот, сами видите…

– Ааа… Да-да. – Мужчина сразу оживился, суетливо начал зазывать гостя внутрь. – Да вы проходите-проходите. Ай-яй-яй, какое несчастье. Это надо же так! И вам не сообщили? А, хотя времени-то мало прошло.

Поди пойми, как они там работают.

Пухлыми руками хозяин ловко принял у Германа плащ и повесил на плечики в прихожей.

– А вы кем ему будете? – полюбопытствовал мужчина.

– Э… Он дядя моей жены. – Герман решил не врать по-пустому.

– А-а-а-а, – протянул хозяин, – ну вы присаживайтесь, чайку или кофейку?

– Нет, спасибо! Я ненадолго, только узнать…

– Ну да, ну да. – Хозяин уселся напротив Германа в мягкое кресло.

Герман старался не смотреть по сторонам, он чувствовал себя крайне неловко.

К тому же гостиная отпугивала его нарочитой помпезностью. Пышные массивные кресла, огромный диван, журнальный, до блеска отполированный столик с резными ножками из дерева. Стены увешаны картинами в тяжелых, резных рамках. Всего было чрезмерно много, как в сувенирной или антикварной лавке, где на тесном прилавке умещались предметы старины разных эпох, стилей и направлений. Комната казалась маленькой, воздух сдавленным, и не оставляло ощущение, что вот-вот тебя чем-нибудь придавит – какая-нибудь финтифлюшка свалится на голову и зашибет насмерть.

– Вы не знаете, что произошло? Почему там все опечатано?

– Конечно, знаю. Ведь это мы вызвали полицию, да-да. – Мужчина не без удовольствия начал рассказывать, будто неописуемо рад тому, что наконец-то можно хоть с кем-то обсудить такое будоражащее воображение событие. – Дядя ваш, вы поймите меня правильно, я ничего не хочу сказать, но все-таки… Ну так вот, ваш дядя уж больно любил девушек.