Клык

 – Ты поедешь. Тайлер сказал, что ты подал заявку.

– Именно поэтому я и пришёл. – Энтони наивно, по-детски улыбнулся. – Хочу предложить сделку. Глупые поединки уже не модны. Однако мы с тобой творческие существа. Наша сила в музыке.

– Что за, мать твою, сделка?

Лицо Энтони расплылось довольной гримасой.

– Если в том конкурсе побеждает моя группа, то вы собираете вещички и сматываетесь из Мандевиля. А если твоя группа будет впереди – не важно, какое место мы займём, важна разница в цифрах – тогда мы оставим вас в покое…

– И тоже съебётесь из этого города.

Ухмылка исчезла с лица Энтони. А он думал, Ронни идиот?

– Но…

– Приз – этот, мать твою, гребанный город! Раз уж предлагаешь сделку, то пусть будет по-честному.

Глядя на своих волков и одного предателя вампира, Энтони, призадумавшись, потёр короткую светлую бороду.

– Ну что? – усмехнулся Ронни. – Или сомневаешься в своих силах? Веришь, что наша музыка лучше твоей? – дразнился вампир.

– Хорошо. На таких условиях я согласен соревноваться, – сказал Энтони и, наконец, отпил пива.

Иногда Ронни представлял пьяного волка посреди города. Жаль, сегодня не полнолуние. На такое зрелище он бы посмотрел. – Но помни, Ронни, что если ты не выполнишь это условие в случае проигрыша, я тебе второй клык отломаю.

***

После разговора Ронни спустился вниз и закрылся в своей крошечной комнатке.

К зеркалам он не питал особой любви, но в этот момент испытывал острую необходимость взглянуть на своё отражение. Оно всегда хранилось за шкафом и легко вешалось на стену.

Достав его, Ронни вытер пыль своей футболкой, затем повесил на стену и отошёл на два шага.

Энтони идиот, каких ещё поискать. Он и не догадывается о том, что на самом деле произошло в ту ночь. Но Ронни не собирался посвящать какую-то собаку в свою жизнь. Одно он знал наверняка, что Мика должен заплатить за своё предательство. Ронни не просто прогонит их из города, он надерет им задницы напоследок.

В кармане лежал перочинный ножик.

Ронни воспользовался им, чтобы сделать маленький надрез на запястье. Показалась кровь, и спустя пару минут лицо Ронни начало меняться. Он наблюдал, как потемнели его глаза, почувствовал пульсацию в дёснах. Самые неприятные секунды – это превращение. Из зеркала на него смотрел вампир. Ронни закрыл рот, но из-под верхней губы торчал только один клык, правый был обломан у основания. Если вампир теряет клык, то это навсегда. Регенерации ни один зуб не подвергается.