Клык

Так что ему пришлось бы либо их снять, либо смотреть исподлобья. Ни того, ни другого он делать не хотел, поэтому продолжал рассматривать заголовки.

А я жалась около перил, хваля себя мысленно за то, что не расстегнула и, тем более, не сняла куртку.

Мой папа Ричард Ловетт работал в юридической компании, очень хорошо известной в Мандевиле. Он был уважаемым человеком в городе. Своей репутацией он дорожил и всегда втирал нам, своим детям, что очень важно держать марку. Для него семья – это крепость, спасение от трудностей, опора и поддержка, защита от жестокого мира.

Папа считал, что только крепкая семья может дарить тепло, уют и спокойствие. Он стремился к тому, чтобы всё в его созданном мирке было идеально: верная и любящая жена и воспитанные дети, стремящиеся получить образование.

Папа поощрял увлечение Алана, ибо биология была наукой, а наука может реально помочь в жизни.

Я с детства любила музыку, и папа одобрил мое желание поступить в музыкальную школу на класс фортепиано. Однако он утверждал, что я должна получить профессию, которая обеспечит уверенность в будущем.

Я сопротивляться не стала и пошла туда же, куда и Стелла – на экономиста. Папа не стал отговаривать. Но даже он мечтал увидеть меня на сцене в концертном зале… уж точно не за синтезатором в рок-группе.

– В колледже все хорошо. Сегодня получила два высших бала. А… ты сегодня дома?

– Устал с дороги, – сказал он, снял очки и посмотрел на меня. – Как самочувствие?

– Мне сегодня лучше, уроков много. Я пойду к себе, ладно?

Как только папа кивнул, я помчалась наверх и сразу в душ.

Вроде он ничего не заметил.

Сняв футболку Ронни, я наконец приложила ее к своему лицу и вдохнула приятный аромат чистой одежды – футболка пахла хвоей и имела уникальный аромат Ронни, который я узнаю без труда. Я бережно сложила ее и убрала в шкаф – под стопку своих футболок. Потом покачала головой, ибо мелькнула мысль, что я буду спать в ней.

Спать в его футболке – это почти, что спать рядом с Ронни. Господи, что за идиотизм!

И несмотря на это, ночью я легла в постель в его футболке.

Утром после завтрака я помогала маме убирать на кухне. Она решила помыть шкафчики и перебрать посуду. Мама ненавидела пыль и по возможности старалась избавляться от неё.

Находясь в приподнятом настроении, я, естественно, напевала себе под нос. Мы убирались молча, я мыслями была далеко от кухни, движения были практически механическими. И мама заметила, что я летаю в облаках.